Стол выглядел идеально: в изящных канделябрах мерцали свечи, середину украшал еловый венок, переплетённый лентами и игрушками. На днях я купила новую скатерть: она была шикарно расшита новогодними мотивами и мне было заранее жаль того, во что она после этой ночи превратится, зато сейчас все выглядело очень уютно и празднично.
Все гости уже собрались за столом. Я с гордостью, вместе с мужем, сидела во главе, любуясь творением своих рук.
Все мы ждали, когда куранты наконец пробьют двенадцать раз.
Часы отсчитали последние секунды уходящего года и полная ожидания тишина наконец взорвалась криками и звоном бокалов…
- С Новым годом! С Новым счастьем!
Я улыбнулась, счастливая тем, что все мы собрались, несмотря на то, сколько усилий мне это стоило.
Кинула взгляд на мужа – обычно первый тост наступившего года произносил именно он…
Эдик был погружен в телефон. Что-то кому-то быстро печатал…
Я аккуратно сжала его руку.
- Любимый, тост, - напомнила с улыбкой.
Он вздрогнул. Посмотрел на меня, но в обращенном ко мне взгляде было непонимание, словно он не сразу сообразил где находится и с кем…
- А, да… тост, - произнес хрипло.
И резко встал. Было в его поведении что-то очень странное, непривычное, чужеродное…
Взяв бокал, Эдик повернулся ко мне. Я – улыбнулась ему в ответ, ожидая от него какой-то традиционной речи…
Но услышала совсем иное…
- Даш… ты прости меня, ради Бога. Но я так больше не могу…
Сердце замедлило свой бег. В голове забила тревога. Что он такое говорил?..
Я растерянно на него взирала, не понимая, как реагировать и надо ли это вообще это делать, а он, тем временем, добавил, разбивая моё сердце на миллионы осколков…
- Недаром говорят, что Новый год – это новое счастье. И моё счастье не здесь. Даш, я другую люблю и с ней сейчас должен быть. Не с тобой. Прости, но я ухожу.
Приближающийся праздник стучал по вискам множеством дел, которые надо было выполнить в ближайшие дни.
Как и всегда, я пыталась успеть все, везде и сразу.
Запастись продуктами для новогоднего стола. Купить подарки близким. Закрыть на работе неотложные задачи, которые, такое ощущение, не убавлялись, а только множились…
Впрочем, я не отчаивалась. Практически все женщины в стране сейчас испытывали то же самое.
Почти что на автомате вбивая данные в акт-претензию, я мыслями была уже не здесь. Раскладывала в голове по полочкам дела, которые нужно было успеть сегодня сделать. А именно – заехать в торговый центр, где я присмотрела несколько интересных вещиц, которые можно было бы подарить коллегам и знакомым, а ещё нужно было забрать заказы из интернет-магазина… Сходить на почту, чтобы отправить посылку…
Кажется, все задачи уже не помещались в голове.
Отправив акт поставщику, я открыла следующий. Все претензии были горящие, если не отправить их сейчас – товар придётся попросту списывать, что будет убытком для фирмы…
А этого все же не хотелось бы, ведь компания, где я работала, принадлежала моему мужу. Практически семейное дело…
Вздохнув, я снова принялась за акты, но мысли бродили между почтой и пунктом выдачи.
Для празднования Нового года я заказала себе блестящее синее платье. Оно выглядело на картинке изумительно, но уверенности, что так же соблазнительно сядет на меня, у меня не было.
Хотя пожаловаться на свою фигуру я не могла. Всю жизнь я была очень активной и подвижной, что с лихвой заменяло занятия спортом, и даже после родов каждый раз ко мне довольно быстро возвращался привычный вес.
Тряхнув головой, я устало потёрла глаза и тут же выругалась, вспомнив, что они накрашены. Теперь ещё придётся поправлять макияж…
В кабинете уже никого не осталось – все мои подчинённые закончили рабочий день, а я задержалась. Была из тех руководителей, которые пашут больше, чем обычные работники. Просто не умела иначе.
Отсмотрев последнюю клиентскую претензию, с облегчением выдохнула. Вот, вроде бы, и работа по большей части на одном месте и сидячая, а к вечеру голова гудит так, что кажется – взорвётся.
Подтянув к себе телефон, я открыла семейный чат и напечатала…
«Еду сейчас в «Полярную звезду». Кому-нибудь надо там что-то?»
Первой ответила дочь…
«Купи безе! В их супермаркете самые вкусные».
Я вздохнула и поднялась из-за стола. Подойдя к висящему в кабинете зеркалу, удостоверилась, что немного размазала подводку. И даром, что дорогая, люксовая…
Впрочем, это было достаточно быстро поправимо.
Закончив с этим, я снова посмотрела на телефон. К сообщению дочери добавилось послание от сына…
«Мне ничего не надо. Лучше домой поскорее приезжай, поговорить хочу».
Это было что-то новенькое. Стало даже интересно – что такое ему понадобилось? А понадобилось уж наверняка, явно он не поэзию Бродского хотел со мной обсудить.
Я коротко напечатала единственное слово:
«Постараюсь».
Эдик, как и всегда, ничего не написал. Да если бы и написал, то, скорее всего, то же самое, что и сын – «ничего не надо». Но когда я приду домой, он точно спросит, купила ли я его любимый хлеб…