Историю своего рождения Дамиан знал только со слов матери, как он сам признался. А та, по его же словам, мало что хорошего могла сказать. Случившееся полностью разрушило все планы амбициозной аристократки на будущее, вынудило скрывать своё местонахождение, поскольку двуликий ухажёр и не думал отступаться от намерений заполучить свою пару обратно. Всё это сделало её затворницей и парией в обществе, в котором до этого она блистала. Даже после того, как старый герцог устроил ловушку своему неугодному зятю и избавил дочь от этой угрозы, та не смогла оставить прошлое в прошлом — ненависть уже была слишком сильна в её сердце. И больше всего она теперь ненавидела своего сына, как напоминание об его отце.
− Из всей семьи обо мне знал только дед, − тихим убаюкивающим голосом продолжал свою историю Дамиан, словно действительно рассказывал лишь сказку, очень страшную и горькую. − Он же и позаботился о том, чтобы мне дали достойное образование и не прибили в младенчестве за то, кем я родился. Как-то мне довелось услышать их с матерью ссору. Она хотела избавиться от меня, а старый герцог гаркнул, чтобы даже не думала об этом. Если не может меня видеть, пусть оставит на нянек и воспитателей, а сама и носа не показывает в поместье. Но ни один потомок Арджанов не будет беспородной собакой мыкаться по канавам и подворотням. После этого она действительно уехала. И я видел её несколько раз от силы.
− Это ужасно, − пробормотала я, чувствуя как по щекам текут слёзы. − Как можно так относиться к своему ребёнку? Ты же ни в чём не виноват. А твой отец? Его убили?
− Я не знаю точно. Однажды спросил у герцога, когда тот приехал проверить, как меня обучают. Тот сказал, что «шелудивый пёс получил по заслугам». Полагаю, что да. Доказательств иному варианту я не нашёл. Старый Арджан был суров и беспощаден, когда дело касалось его семьи. Но на моё счастье, весьма умён и расчётлив. Когда я подрос, и стало понятно, что перенял не только природу и силу отца, но и в полной мере магические способности матери, старик решил, что ему выгодно воспитать из меня верного ему цепного пса. И начались годы муштры. Не такой жёсткой и ломающей, как проходили Меченные, так что с психикой у меня всё в порядке, но этого хватило, чтобы развить во мне все заложенные природой способности по максимуму. До самой дедовой смерти я отдавал ему этот долг. Он оставил меня в живых и сделал тем, кем я есть.
− А потом?
− А потом он умер и герцогом стал его старший сын, которому ничего не было известно обо мне. Только то, что я по каким-то причинам верно служил его отцу. Дядя попытался продавить меня авторитетом, заставить дать клятву верности уже ему, это у него естественно не получилось, и я в результате полностью и окончательно порвал все связи с семьёй матери. И решил найти своё место в Керборке среди волков.
− То есть, твои родственники… они до сих пор не знают, кто ты? Никто из них? — поражённо уточнила я.
− Полагаю, что никто. Разве что теперешний герцог, мой кузен Сендоа Арджан. Слишком умный малый, наш общий дед этому мальчишке благоволил больше всех, пока был жив. И доверял, пожалуй, больше чем сыну.
− А почему ты решил стать князем Керборка? — пребывая в полном ошеломлении от услышанного, спросила я.
− И этому были свои причины. Во-первых − когда я захватил власть в родном клане отца, и стал быстро завоёвывать влияние среди волков, князь мягко говоря меня сильно невзлюбил, и это было полностью взаимно. А во-вторых, и это стало, пожалуй, главным — я встретил свою пару. Маленькую, запуганную девочку, за которой велась настоящая охота. И её требовалось защитить, − как само собой разумеющееся, сообщил мне мой волк. И прежде чем я успела что-то ещё спросить, поцеловал, заставляя забыть обо всём на свете. О своей сонливости и усталости тоже.
Той ночью он снова любил меня. На этот раз так нежно и неспешно, что я таяла и растворялась в наслаждении, а потом спала до утра беспробудным сном младенца в сильных ласковых руках. И мне снова снился мой жуткий оборотень, но на этот раз я не была ребёнком. И не боялась больше.
Прошло уже четыре дня.
За это время я успела полностью изучить княжеский замок Кер. Слуги приняли меня, как хозяйку. Пришлось, правда, уволить парочку горничных, которые посмели не только дуть губы да показывать клыки, но и косячить при выполнении своих обязанностей. Тана Зофия меня полностью поддержала, и замену найти помогла.
С окружением Дамиана всё оказалось немного сложнее.
С Шимоном мы, можно сказать, подружились.
А вот остальные реагировали на меня очень странно. Я и дальше замечала, что все мужчины буквально избегают меня, вплоть до того, что покидают помещение, в которое я захожу. И лишь на второй день у меня возникла светлая мысль спросить у секретаря, в чём причина.
Тот посмотрел на меня, как на наивное дитя.
