Я крепко сжал челюсти. Неугомонная. Алсу прекрасно знала, что именно мы будем обсуждать. Этим утром город потрясли новости о том, как Федор Доманский был застрелен при попытке бегства во время операции по задержанию. Жена выпытывала, моих ли это рук дело, заставляя поклясться на священной книге, что я не имею к этому отношения. Угрожала и умоляла, но я оставался непреклонен. Зачем женщине такая информация, я не понимал, но интуиция подсказывала, что я должен молчать и лгать до последнего. Казалось, предъяви я Алсу доказательства того, что Доманский сам являлся убийцей, она бы все равно не одобрила мой поступок. А теперь эта женщина считала, что может вот так запросто слушать наш с Алексеем разговор.
– Алсу! – рявкнул я. Потом извинюсь и приласкаю, а сейчас мне нужно было, чтобы она ненадолго испарилась.
Поджав губы и недовольно фыркнув, моя жена покинула кабинет, демонстративно захлопнув за собой дверь. Я мысленно сделал себе пометку наказать ее за дерзость. Наказать, а потом приласкать в качестве извинений. Или в обратном порядке, как пойдет. Повернулся лицом к Алексею, и мы встретились взглядами. В принципе, он мог ничего мне не рассказывать, но я все же хотел послушать о том, как они воплотили в жизнь мой план. Безопасник подошел ближе, присел в кресло напротив и начал тихим голосом:
– Герман выследил его. Мы связались с полицией и натравили их на Доманского. Чтобы меньше отсвечивать в аэропорту, он снял частный самолет, даже сделал новый паспорт. Кстати, у парней отлично получилось, хотя рисовали практически на коленке. На проверке перед самолетом даже вопросов не возникло. – Я кивнул, подгоняя продолжать. – Он буквально бежал к трапу, и тут его окликнули полицейские. Видимо, Доманский запаниковал, потому что, вопреки здравому смыслу, не остановился, а припустил быстрее. Тогда-то все и случилось.
– Стреляли на поражение?
– Должны были сделать предупреждающие.
– Промахнулись?
Алексей кивнул, и я повторил его жест, выражая понимание ситуации.
– Что с объектом?
– Денис сказал что-то нахомутали, но он уже построил их всех.
– Хорошо. Привези завтра Валентину с документами, поработаем.
– А вам уже можно?
– Мне уже давно можно, это Алсу Вахидовна перестраховывается. Врач сказал две недели покоя, но у меня уже скоро пролежни появятся.
– А как вы себя чувствуете?
– Нормально. И еще. Попроси Германа заглянуть, там какой-то заказ мутный поступил, хочу с ним разобраться.
– Сделаю. Что-то еще?
– Нет, на этом все.
– Выздоравливайте, Касим Мирзаевич. Я буду в домике охраны. Если что-то понадобится, дайте знать, – произнес Алексей, вставая, и уже через минуту его не было в кабинете.
– Алсу! – позвал я, но она не отозвалась. Я нутром чувствовал, что моя жена где-то рядом, но не идет ко мне из чистого упрямства. – Алсу! – Тишина. Маленькая негодяйка. Не будь беременна, уже перекинул бы через колено. – Алсу, помоги! – решил я использовать хитрость и не прогадал. Через несколько секунд моя фурия влетела в кабинет. – Запри дверь, разговор есть.
Я старался сохранять серьезное выражение лица, но был уверен, что на нем легко читался коварный замысел. Алсу быстро щелкнула замком и повернулась ко мне.
– Что случилось? Ты сказал, тебе нужна помощь.
– Да, подойди. – Я откинулся на спинку кресла, потирая место вокруг раны на груди. Согласен, делал это немного картинно, но с благими намерениями. В противном случае моя жена не приблизилась бы ко мне на пушечный выстрел. А так быстро пересекла кабинет, оказавшись совсем рядом. Я воспользовался возможностью и, схватив ее за запястье, рванул на себя, и она приземлилась ко мне на колени, попав в капкан рук. – Попалась.
– Касим! – строго произнесла Алсу.
– Ш-ш-ш, ты сильно провинилась, моя девочка.
– В чем это? – с вызовом спросила она, задрав подбородок.
– Ты проявила неуважение в присутствии постороннего человека.
– Но ты…
– Тихо, я сказал, – вкрадчивым тоном произнес я. – Хлопнула дверью. Не была почтительна. Разговаривала грубым тоном. Алсу, разве так должна вести себя покорная хорошая жена? Разве этому тебя учила твоя почтенная матушка?
– Я просто разозлилась, – покаянно пробубнила она.
– Вставай на колени, – тихо сказал я.
– Что? – Глаза Алсу расширились, и она непроизвольно провела языком по приоткрытым губам.
– Ты слышала, Алсу. На колени. Я соскучился.
– Тебе противопоказаны физические нагрузки.
– Но тебе – нет. Выполняй, моя девочка.
Я думал, что она будет сопротивляться и спорить. Может, просто засмущается от моей прямоты. Но точно не рассчитывал, что после секундного колебания, написанного на лице, Алсу буквально соскользнет с моих коленей и опустится на пол. Что чувствует мужчина, когда женщина стоит перед ним на коленях? Благоговение. То пресловутое ощущение власти над женщиной рождается в момент, когда ты приказываешь, а она исполняет. И пускай даже этот приказ поставит тебя самого в так называемое унизительное положение, но ты все равно наполняешься силой, которую в твои руки вкладывает любимая женщина.
