Сиротка и мажор. Люди из разных миров, которым никогда не суждено встретиться. Но он пришел за ней. Намеренно. Потому что ему сказали – приведи её или встрянешь по полной. Он согласился её отдать. Но в какой-то момент понял – не сможет. Лучше сдохнуть, чем потерять её!
Злата
– Горько! Горько! – кричат гости на свадьбе и молодые послушно целуются.
«Скоро и мы с любимым тоже поженимся», – улыбаюсь и невольно кошусь на пустое место рядом. Матвей вышел во время танца жениха и невесты и до сих пор не вернулся. Куда он запропастился? Может, плохо стало? И помочь некому.
Воспользовавшись небольшой паузой, быстро выхожу из зала. Иду к санузлам, расположенным за гардеробом. Сердце так и трепыхается и стучит в лад высоким каблукам, отбивающим в такт.
Беда-беда-беда…
Краем глаза мажу по зеркальной стене. Сегодня сбылась моя мечта. Я- гостья в ресторане, в котором работаю. Платье в серебристых пайетках, серебряные туфли на высоком каблуке. По открытой спине рассыпались идеальные русые локоны. Такой красивой меня здесь еще не видели.
«Скоро и вторая сбудется», – опустив голову прячу улыбку. Мы с Матвеем уже подали заявление в ЗАГС. И наша свадьба через три недели. Конечно, не такая шикарная, как у Олега и Лили. Но ей повезло больше, чем мне. Ее удочерили очень состоятельные люди. А я, хоть и мечтала, найти своих родителей, всю свою жизнь прожила с вредной бабкой, попрекающей меня каждым куском.
«Спасибо, хоть в детский дом не отдала!» – усмехаюсь мысленно и искренне благодарная старухе, взвалившей на себя такой непомерный груз. Кем я ей приходилась? Внучатой племянницей, кажется.
Но скоро, совсем скоро у меня будет своя семья. Любящий муж, потом детки пойдут. Я хочу двоих. А Матвей настаивает на троих и чтобы я не работала…
– Добрый вечер, тетьМаша, – здороваюсь с уборщицей, намывающей узорчатую плитку в мужском санузле. А сама заглядываю внутрь. Дубовые двери кабинок распахнуты. Никого нет.
– Ой, Златочка! – улыбается мне пожилая приятная женщина в униформе. – Не узнала тебя, девонька. Какая же ты у нас красавица! Так ты на свадьбе гуляешь? Говорят, сам Пахомов тут с семьей… -с придыханием спрашивает об учредителе.
– Да, – киваю я. – Он здесь с женой и дочками.
– А ты как же в высший свет попала?
– Мой молодой человек с детства дружит с женихом, – заявляю, не скрывая гордости и быстренько скрываюсь за дверью женского туалета. Звоню Матвею. Ну куда он делся?
– Ответь, пожалуйста, – прошу, глядя на фотку. Но все бесполезно.
«Ну и где мне тебя искать?» – вздыхаю разглядывая красивое лицо.
Здравый смысл подсказывает очевидное. Надо вернуться на место. Поесть шашлыка, – наверняка девчонки горячее разнесли, – потанцевать. А Матвей придет, объяснит, что его так задержало. Может, по работе вызвали?
Но ноги сами несут меня в сад. Прохожу мимо кучки парней, обсуждающих что-то. Все дружно смеются.
Вздрагиваю от дурного хохота и быстро сворачиваю в боковую аллею. За год работы в «Василисе» я тут все ходы и выходы знаю. С утра до ночи бегаю по этим дорожкам с подносом в руках. И только сегодня чинно вышагиваю на высоких каблуках. Гостья. Я сегодня гостья!
– Не ходи туда, – преграждает мне дорогу Слава, крепкий парень из лички Пахомова. Пока шеф в зале орет дурниной «Горько!», его телохранители могут немного выдохнуть. Да и территория своя. Кругом охрана.
– А что там? – смотрю в ужасе. – Труп, что ли?
– Скажешь тоже, – весело отзывается Славка. – Нет. У нас без происшествий. Парочка какая-то в беседке трахается. Не надо тебе смотреть. Ты у нас девочка чистая. А там порнуха…
– Что? – закусив губу, лишь на секунду теряю дар речи. И внезапно вся картинка складывается у меня воедино. Мелкие пазлы занимают свои места. И я точно знаю, кто там в беседке. Мой Матвей. И пухлая блондинка в красном ажурном платье. Она вышла вслед за Панкратовым. И тоже до сих пор не вернулась.
Упрямо обхожу Славку и бегу по полутемной дорожке. Это только на первый взгляд кажется, что тут сплошная глушь, но каждый сантиметр просматривается с камер. А в соседнем здании за мониторами сидят специально обученные люди. И все видят. Все!
Каблук попадает между камней. Спотыкаюсь и лечу на газон. Приземляюсь в коротко подстриженную траву. Поднимаюсь, обеими руками хватаясь за дерево. Шершавый ствол царапает ладони. Каблуки полностью проваливаются в мягкий грунт, словно пришпиливая меня к месту. Рядом слышатся Славкины шаги. Но я ничего не замечаю. Как дура утыкаюсь взглядом в китайскую беседку, расположенную прямо за кустами, и с ужасом смотрю на Матвея, вбивающегося в ту самую блондинку.
Девица стонет, как заводная игрушка, а грубые руки моего жениха стискивают похожие на ведра сисяндры.
«О, господи!» – закрываю глаза. Мой Матвей и левая баба. Красное ажурное платью, поясом обвивается вокруг талии девицы, порванные трусы валяются на полу. И мой жених в полуспущенных брюках. Позорище какое! Как он мог? Мы же с десятого класса вместе. Для меня нет никого дороже Матвея. И как теперь жить? Слеза ручьями текут по щекам. Надо уйти, но я не могу даже двинуться с места.
Мы же хотели пожениться! Почему он предал меня? Почему?
Подбежать? Накинуться? Заглянуть в глаза?
«Только сама опозоришься», – напоминает мне здравый смысл.
