Нет, физической боли не было. Как может болеть тело, оставшееся лежать в искореженной машине где-то там внизу. Но болела …душа? Как это правильно назвать? Ведь в прошлый раз все же было по-другому: кипящий вакуум, свет…. Почему же сейчас все иначе? Что происходит? А главное — где сейчас Вика?! Моя душа рвалась к ней, но… ответом была пустота. И тишина. От которой закладывало уши.
Может, наверху ждут от меня первого шага? Что ж, я не гордый
— Что вы от меня хотите на этот раз?
Тишину нарушает торжественное звучание Слова. Звук все нарастает, а потом в пустоте медленно проступает чье-то лицо. Скорее мужское, но точнее не определить, потому что тела у него нет.
— Правильный вопрос, Трофим Денисович. Или лучше Алексей?
Голос этот с одинаковым успехом мог бы принадлежать и женщине, и мужчине. В нем нет враждебности или приветливости — в нем вообще нет эмоций. Но при этом, как ни странно, нет и равнодушия. Ему вообще невозможно подобрать четкое определение. И это …Существо явно никуда не спешит. В отличие от меня. Мне срочно нужно найти Вику.
— Я так понимаю, что-то пошло не по вашему плану, раз мы здесь? — беру я инициативу в свои руки
— Как вам сказать… Скорее мы несколько недооценили вас — задумчиво произносит ОНО — Вы начали действовать слишком активно и вызвали этим недовольство другой стороны
— В первый раз что ли? — усмехаюсь я — Эта «другая сторона» вечно чем-то недовольна!
ОНО молчит, потом нехотя произносит
— В этот раз вы перестарались и слишком сильно нарушили баланс сил. Резко качнули чашу весов, если хотите. А нарушение равновесия всегда чревато. Другая сторона оборонялась.
Это Оно про черные, бездонные глаза Люцифера и про нашу с Викой смерть?!
— Оборонялась?! Тогда она нарушила пределы необходимой обороны. Зачем же так с женой?!?
Последнее я просто кричу, надрываясь.
ОНО опять молчит. Мне же хочется схватить это «нечто» за плечи и тряхануть его, как следует, заставить задуматься о том, что ценой этому противостоянию стали наши с Викой жизни. Жизни! Которые сметены с их игральной доски, как отыгранные пешки. Но что им мы… Да, и плеч у этого существа нет, а у меня нет рук. Даже кулаки от ярости я могу сжимать лишь мысленно.
— Нет, вы далеко уже не пешка, Трофим Денисович. Но и не ферзь пока! — делает ОНО мне сомнительный комплимент. Я думал у сущности нет эмоций, но ошибся — в голосе сейчас отчетливо проскользнула ирония. Конем бы еще меня назвал…!
— Скажите еще, что такими кадрами не разбрасываются…
— Не разбрасываются. Вы абсолютно правы. Поэтому для вас есть новое задание.
— А если я больше не хочу играть в ваши игры?
— Не хотите снова жить?! — искренне изумляется ОНО.
Ну, вот и настоящие эмоции, наконец, пошли! Кажется, мне удалось его удивить. Но я действительно не хочу больше быть солдатиком непонятно чьей армии. Добро, зло… чем дальше, тем больше я понимаю, что для обеих сторон это всего лишь условность. Я уже и сам начинаю терять эту границу между злом и добром — вот что по-настоящему страшно. Для того Трофима Денисовича, каким я когда-то был, мои нынешние поступки были бы немыслимы. Чудовищны. Я давно уже не он. А кто?
Да, я и сам этого теперь не знаю. Привык считать себя Алексеем Русиным, вот пусть так оно и будет. Поэтому к черту их предложение! Пожил и хватит. Пора отправляться дальше. Куда? Не знаю. Может быть на перерождение? А может, на вечный отдых в райские кущи? Но теперь я совсем не уверен, что там, за этой пустотой есть рай или чистилище. Нет, мне просто нужно к Вике. Ее душа тоже ищет меня — я это точно знаю. Чувствую сердцем! Пора…
— …Не торопитесь, Алексей.
Лицо, зависшее в пустоте, кажется озадаченным. Похоже, все мои мысли прочитаны, и это совсем не то, на что ОНО рассчитывало. Привыкли наверху, что все люди отчаянно цепляются за жизнь?! Обломитесь — я вам не «все»! Могли бы уже сами давно понять, что ждать от меня стандартных решений бессмысленно.
— Значит, вы отказываетесь продолжать сотрудничество? — вот и холодом уже повеяло…!
— Отказываюсь. Мне вообще с первого дня были непонятны правила ваших игр, а объяснять их вы почему-то не спешили.
— Просто это тоже одно из правил.
— Да, достали меня такие условия! — взрываюсь я — Пойди туда, не знаю куда! Сделай то, не знаю что! Бредовые правила!
— Но справлялись вы неплохо, согласитесь.
— И что?! В результате другая сторона все равно смела меня с доски. А заодно и убила совершенно невиновного человека. Любимого человека! Который мог бы еще жить и жить
— Ну, … пока еще не убила.
