Я чувствовала, как стучит сердце. Мне было приятно. Я не могла сдержать улыбки.
Я ехала повидать свою новую подругу.
Правда, особа, о которой идет речь, была на два года старше меня и, по-видимому, имела определенную склонность к гневливости (а также брата, который страдал отсутствием дисциплины и никого не слушался).
Но совершенства не бывает.
Это знает любой ученый.
Когда такси остановилось на парковке школьной администрации и я расплатилась с водителем, прибавив к сумме по счетчику восемнадцать процентов чаевых, то была очень довольна. Я справилась без посторонней помощи.
Я посмотрела Хайро Эрнандесу прямо в глаза и сказала:
– Никогда и никому не позволяй внушать тебе, что ты чего-то не можешь.
И захлопнула дверь.
Я имела в виду собственный успех, но по выражению лица водителя поняла, что он отнес сказанное на свой счет.
Завернув за угол, я увидела Маи. Она сидела на верхней ступеньке у входа в офис Делла.
Может быть, я все придумала, но мне показалось, что она обрадовалась, когда увидела меня.
Я ускорила шаг, удерживая на курсе свой чемодан с плавающими колесиками и возможностью разворота на 360 градусов.
И наконец, дойдя до трейлера, сумела сказать то, чем мне всю неделю хотелось поразить Маи:
Она сказала, что я идеально интонирую приветствие.
За последние семь дней я выучила восемьдесят пять фраз на вьетнамском языке, а также неплохо освоила глагольное спряжение.
Я опробовала свои новые знания на Маи.
Она была страшно удивлена – не только из-за моих умений, но и потому, что как-то раз целых две недели пыталась научить мать одной своей подруги четырем словам по-вьетнамски, но безуспешно.
Значит, я старалась не зря.
Текли минуты.
Мы беседовали – сначала по-английски, потом стали вставлять вьетнамские слова.
Мне всегда казалось, что «светская беседа» – скучная штука.
Я люблю «несветские» разговоры – о разных теориях, концепциях, с фактами и цифрами.
Впрочем, тему для разговора найти оказалось нетрудно, потому что Маи сразу же стала расспрашивать, что за сад растет у нас на заднем дворе.
Ей было очень любопытно.
Я рассказала ей о некоторых растениях и объяснила попроще, какие ботанические эксперименты провожу.
Но тут сорок минут подошли к концу, дверь трейлера открылась, и наружу вышли Делл Дьюк и Куанг Ха.
При виде нас с Маи глаза у психолога расширились.
Он пожелал знать, давно ли я тут сижу и о чем мы говорили.
Сегодня Делл Дьюк был не так дружелюбен, как я ожидала. Мне даже показалось, что его подмывает спустить Нгуенов с лестницы.
Он напряженно и неумело улыбнулся и сказал:
– Ну ладно. Сейчас очередь Ивы. До свидания, ребята.
Я настояла на том, чтобы дверь осталась открыта, и видела, как уходят, все уменьшаясь, Маи и Куанг Ха.
В самый последний миг, прежде чем повернуть за угол на дорогу к следующему кварталу, Маи обернулась и помахала в сторону трейлера.
Дверь была открыта наполовину, и я точно знала, что Маи меня не видела.
Но она знала, что я здесь.
В горле у меня внезапно встал ком.
У меня появилась подруга старше меня. Девочка из старших классов.
Она словно готова меня защищать.
Волшебство какое-то.
Я уселась на стул и стала слушать, что говорил Делл Дьюк.
Сегодня тесты не планировались.
Он сказал, что мы снова будем играть в игры со словами.
На этот раз он будет называть отрасль, а я должна буду говорить, какой в ней ожидается финансовый рост – «длительный» или «кратковременный».
Я сразу сказала, что очень мало знаю об экономике.
По-моему, экономика – это из гуманитарной области, не настоящая наука, а я не люблю все невнятное, так что и браться не стала.
Но он меня не послушал.
Он подготовился к занятию и принес с собой планшет, бумага в котором была сплошь исписана.
Я без труда читаю вверх ногами, и сразу заметила, что записи у него совершенно бессистемные.
Он все время что-то зачеркивал, рисовал стрелочки, а от них – другие стрелочки и невнятные надписи в кружочках.
Я решила, что не буду на это глядеть.
Он начал:
– Фармацевтические компании.
Я должна была выбирать из «высокий рост», «средний рост», «нет роста» или «рынок падает».
Игра была ужасно нудная.
Я решила, что фармацевтические компании должны расти всегда, потому что в мире становится все больше новых лекарств, а медицина развивается быстрыми темпами.
Это же факт.
Значит, ответ – «высокий рост», особенно если учесть старение населения.
Но я сказала «рынок падает», потому что решила играть наоборот.
Психолога я об этом не предупредила.
Мне было интересно, следит ли он за происходящим.
К сожалению, он так ничего и не сообразил и не воскликнул: «Ты все говоришь наоборот».
Он просто записывал всю ту чушь, которую я несла.
По дороге домой я попробовала оценить свое положение.
Учеба в школе «Секвойя» обернулась величайшим разочарованием.
Однако именно благодаря школе я попала к круглоголовому психологу, а вследствие этой встречи познакомилась с новой подругой – Маи.
