Каждые выходные Патти ходит на фермерский рынок на перекрестке Голден-стейт-авеню и Эф-стрит. Ей нравится приходить к самому открытию.
Сегодня с ней пошла Маи, потому что Патти взяла машину Делла, чтобы привезти побольше всего, и нужно, чтобы кто-то помог ей носить покупки.
На обратном пути они обещали заехать в питомник и привезти мне два мешка земли для домашних растений.
Вообще-то подсолнухи лучше всего растить не в горшках и не в вазонах, а в земле. У них огромный стержневой корень, он уходит очень глубоко.
Я решила так: сначала посажу семена в горшки, а потом найду, куда их пересадить.
Мы с Деллом перелопачиваем стоящий под навесом большой голубой контейнер для перерабатываемого мусора и находим двадцать три контейнера, в которые можно посадить подсолнухи.
В нашем распоряжении – жестяные банки, несколько круглых пластиковых плошек (в них раньше была сметана и плавленый сыр) и даже несколько картонных коробок от молока.
Никогда не видела Делла таким счастливым, как в те минуты, когда он рылся в мусорнике.
Раздобыв необходимое, мы отправляемся в прачечную и моем банки и плошки в глубокой раковине.
Кухонным ножом Дел пробивает у них в днищах отверстия, и нож, конечно, портится, потому что он для таких вещей совсем не предназначен.
Но Деллу все равно.
Когда приедет Патти и привезет землю, мы посадим девять разных сортов подсолнухов.
Но пока мы разбираемся с контейнерами, происходит еще кое-что.
Вниз спускается Садху Кумар, у которого Делл снимает комнату. В руках у Садху три компьютера. Делл спрашивает:
– Куда ты их?
Садху собирается бросить компьютеры в голубой бак.
– В мусор.
Я оценивающе гляжу на компьютеры. Кажется, они не очень старые. Я спрашиваю:
– Вы не смогли их починить?
Садху фыркает. Прямо как лошадь.
– Да это просто хлам. Что с ним возиться!
Я смотрю на компьютеры. Два ноутбука. Третий – полноразмерный. Все – одной фирмы.
Садху Кумар – из тех, кто всегда сердит. Наверное, у него было много разочарований в жизни. От разочарований человек становится желчным.
Не грозит ли это и мне?
Что может быть хуже кислого ребенка? Нет уж, это лучше приберечь на потом. Вот когда станешь старой, когда будешь с трудом выползать из кресла, вот тогда можешь с полным правом киснуть не переставая.
Я делаю мысленную пометку: можно грустить, можно сердиться, но ни в коем случае не поддаваться злости на весь мир.
Это не одно и то же.
Я спрашиваю Садху:
– Можно я заберу компьютеры себе?
Мистер Горько-Кислый отвечает:
– Тебе что, нужен хлам? Ну, бери свой хлам.
Делл Дьюк смотрит уязвленно. И говорит:
– Что одному – мусор, другому – клад.
Садху уходит с таким видом, что нам становится ясно: от этой мысли ему только горше.
Землю еще не привезли, поэтому мы с Деллом несем компьютеры в квартиру номер двадцать восемь, и я сразу же принимаюсь разбирать их.
Может быть, я сумею собрать один рабочий компьютер из трех неисправных?
Я вижу, что из одного можно взять системную плату, а из двух других – микросхемы и разъемы.
Не знаю, заработает ли эта штука, но, если заработает, я подарю компьютер Деллу.
Только Делл об этом пока не знает.
Я сижу на кухне и отсоединяю разноцветные проводки, и тут телефон Делла Дьюка начинает лаять.
У него на рингтоне стоит собачий лай.
Странно для человека, который держал кота.
Я удивилась, еще когда мы делали уборку: во всей квартире не было ни единого предмета, который свидетельствовал бы о том, что здесь жил Чеддер.
А ведь Делл даже мусор и тот старался не выбрасывать.
Я поджидаю удобный момент, чтобы спросить. Когда Делл заканчивает разговор, я спрашиваю:
– Вы скучаете по Чеддеру?
Делл смотрит непонимающе:
– Что-что?
Я повторяю:
– Вы скучаете по Чеддеру?
Делл прищуривается:
– В смысле – что Патти все время готовит вьетнамскую еду?
Я молчу. Он добавляет:
– Я скучаю по мясному рулету.
Я решаю не развивать тему.
Возвращаются Патти и Маи. Можно начинать.
Патти говорит, что охотно помогла бы нам, но она как раз пробует на себе какой-то новый лак, и будет нечестно портить его землей.
Как ни странно, к нам на помощь спускается Куанг Ха.
Он выбирает контейнер. (Пластик с прожилками, раньше в коробке лежало импортное итальянское мороженое с клубничным вкусом.)
Надо признать, что из всех наших мусорных трофеев этот – самый интересный. Он прямоугольный, но с закругленными гранями.
Я никак не пойму Куанг Ха: стоит мне окончательно увериться, что вместо мозгов у него опилки, как он вдруг выдает что-нибудь неординарное. Вот и для растения своего выбрал самый красивый контейнер.
Он чрезмерно тщательно снимает с бывшей коробки из-под мороженого этикетки, а мы с Маи и Деллом наполняем свежей землей остальные контейнеры.
Когда Куанг Ха заканчивает, я вручаю ему противень с увлажненными семенами и говорю:
– Посади три штуки. На равном расстоянии друг от друга. Заглуби сантиметра на два-три.
Он берет всего одно семечко – наверное, не слышит меня. Я говорю:
– Возьми три.
Он бурчит:
– А я хочу одно.
Я не хочу никем командовать. Особенно им. Я говорю:
– Одно может не взойти. Ростки будут в контейнерах совсем недолго. Мы их скоро пересадим.
