— Как прикажите, Султанша, — Силахтар поклонился, и покинул покои матери Султана. Кёсем понимала, что с властью, появляется и ответственность. Эта ноша сейчас возложена теперь не только на неё, но и на тоненькие плечи Симисшах. Она неопытна, и Кёсем придётся научить невестку всему, что знает сама.
С властью приходит новая ответственность. На плечи юной Симисшах легла тяжёлая ноша, Кёсем поможет ей с ней справиться, однако справится ли сама Симисшах, когда поддержки искать будет не от кого?
Глава 15. Султанша начинает действовать
Махпейкер прогуливалась по саду в сопровождении служанок, решила посмотреть на розы, которые недавно распустились. Султанша была похожа на эти розы: такая же непринуждённая, красивая и невинная — не опылённый цветок. Служанки срывали госпоже цветы, она попросила их, затем отнести в покои Валиде, и к маме.
— Султанша, нельзя гулять здесь одной, — повернувшись, Махпейкер увидела Кеманкеша. Он уважительно поклонился, Махпейкер улыбнулась.
— Не ожидала тебя здесь увидеть, Кара Мустафа, — сказала девушка, — у тебя важные дела в саду?
— Нет, Султанша, — сказал Кеманкеш, — не хотелось бы говорить об этом, но Валиде Султан попросила меня присматривать за вами, — Махпейкер удивилась.
— И для чего же?
— Она полагает, что Айше Султан, если будет намерена нанести удар вашей Валиде, захочет задеть именно вас, — Махпейкер рассмеялась.
— Что за чушь, Паша, — воскликнула Махпейкер, — кто посмеет нанести вред дочери Повелителя всего мира?
Однако, несмотря на недовольство, Махпейкер поблагодарила слугу за то, что он присматривает за ней, даже немекнула на то, что он ей даже симпатичен, хотя разница у них практически 35 лет, если не больше. Они прогуливались по саду, и Кеманкеш помог служанкам собрать оставшиеся цветы, затем собрал их в пучок, и они с Султаншей направились во дворец.
***
Через окно, которое было направлено прямо в сад, Симисшах увидела, что Махпейкер и Кеманкеш оживлённо о чём-то разговаривают и приказала Фаре-хатун выяснить какова была причина их разговора. Конечно, Симисшах не боялась оставлять свою дочь с Кеманкешем, однако, ей было, любопытно бы узнать о чём Султанша разговаривала с Пашой.
Симисшах отошла от окна, и села на тахту, принявшись за вышивку. После их с Мурадом хальвета, Симисшах надеялась на то, что забеременеет и подарит Мураду ещё одного ребёнка, возможно и наследника. Валиде посоветовала вышить по краям золотыми нитями, а в середине серебряными нитками тюльпан — символ правящей династии, и с вышитым рубином внутри. Симисшах так бы и спокойно вышивала, если бы в дверь не постучали, после чего зашла Фара.
— Султанша, пожаловал шехзаде Ахмет, впустить его? — Ахмет часто заходит к матери своей сестры.
— Проси, — махнула рукой Симисшах. Через несколько секунд в покои зашёл Ахмет. Симисшах улыбнулась, она была рада видеть его и протянула руку, Ахмет поцеловал её. — Шехзаде, добро пожаловать. Надеюсь, что ничего серьёзного не произошло? — Симисшах пригласила его сесть рядом.
— Иньшала, Султанша, всё хорошо, — сказал Ахмет, — я бы хотел поговорить с вами о другом.
— Что тебя беспокоит, Ахмет? — встревоженный взгляд брата дочери встревожил Симисшах.
— Вы можете поговорить с Повелителем о моём переезде в санджак? — Симисшах удивилась.
— Такими вопросами должна заниматься твоя Валиде, а не я, Ахмет, — сказала Симисшах, — пойди и поговори с Повелителем. Он тебя любит и учтёт твоё мнение, я уверена…
— У вас на него большее влияние, чем у моей Валиде, — это слегка удивило Симисшах.
— Ахмет, — Симисшах взяла его за руку, — послушай, твой отец — Повелитель мира, он желает и тебе, и Махпейкер лишь самого лучшего. Если ты обратишься к нему с просьбой о переезде в санджак, он выслушает тебя, не может не выслушать.
— Но, Султанша…
— Будь смелее, Ахмет, — сказала Симисшах, — ты — будущий падишах, учись контролировать эмоции, однако нужно совершать ошибки, чтобы учиться — помни об этом. А теперь, иди к Повелителю, Силахтар куда-то ушёл по делам, его в покоях не было, и Великий Визирь тоже, значит, Повелитель не занят.
— Благодарю вас, Султанша, — Ахмет ещё раз поцеловал руку Симисшах, поклонился, и вышел из покоев.
***