— Когда-то, я воспитала Османа, будущего Султана, вопреки тому, что он был сыном моей злейшей соперницы на пути к власти. Осман считал меня своей матерью, и в дальнейшем я стала его Валиде Султан. Однако, из-за разногласий, он начал подозревать собственного брата Мехмета в предательстве, что и послужило причине его казни палачами. Я пыталась плакать, держала траур и даже старалась забыть о том, что Осман — не мой родной сын, но не могла забыть, как кормила его своим молоком, заботилась, как и о родных детях… Я возненавидела Османа, возненавидела за то, что он убил моего первенца Мехмета. Забыв, об этом… Я вспомнила, что его подтолкнули это сделать, и я простила его, однако, Осман сам не смог себя простить. Погиб он с тяжёлым сердцем. — рассказ Кёсем расстроил Симисшах, ведь она слышала про смерть Османа лишь в детских летах, и многое отец ей не рассказывал, особенно о том, что Султан Осман казнил шехзаде Мехмета. Она увидела, что из-за своего рассказа, Кёсем погрузилась в воспоминания, и в глазах застыла печаль. Симисшах взяла свекровь за руку.
— Валиде, не печальтесь, вам нужно только улыбаться, — сказала Симисшах и поцеловала её руку, — я не могу смотреть на то, как вы грустите. — Валиде похлопала невестку по руке.
— Порой, чтобы поступить правильно, приходится прощать даже убийства, Симисшах, — сказала Кёсем, — если сейчас ты оттолкнёшь от себя Мурада, то он никогда не примет тебя обратно.
Мурад вышел в сад, чтобы освободиться от тоски и тяжёлой ноши потери ребёнка, но особо не помогало, что начинало его беспокоить. Вчера Мурад снова попытался поговорить с Симисшах, однако она отказала ему, а Мурад даже возразить ничего не смог. Смотря на голубое небо, Мурад вспоминал день, когда они с Симисшах, Фарьёй на тот момент, встретились. Она была боевой принцессой, которая приехала в Османское государство искать помощи, и нашла, оставшись здесь навсегда, навечно влюбив в себя могущественного Султана.
Силахтар был рядом с Повелителем и старался его утешить, чтобы государь не печалился. Вдруг послышались шаги. Повернувшись, Мурад увидел идущую к нему Симисшах в сопровождении служанок и Фары. Когда Симисшах подошла, Силахтар поклонился ей, а она в свою очередь поклонилась Повелителю.
— Повелитель, — сказала Симисшах, — мне сказали, что вы вышли в сад. — Мурад кивнул.
— Да, — сказал Мурад, — я решил подышать свежим воздухом. Сидеть в четырех стенах — хуже смерти. Ты хотела меня видеть?
— Я хотела поговорить с вами по поводу свадьбы Махпейкер и Кеманкеша, — сказала Симисшах. Мурад бросил взгляд на слуг, и те, поняв намёк, поклонившись, удалились.
— Если ты касательно представителей…
— Позвольте, чтобы Махпейкер и Кеманкеш жили во дворце покойного Ибрагима Паши, — сказала Симисшах, — его дворец красивый, и находится ближе к главному дворцу. — слова жены заставили Мурада улыбнуться, и он, сделал попытку подойти к ней, Симисшах не стала возражать.
— Я буду рад, если сегодня ты поужинаешь со мной, Симисшах, — сказал Мурад. Симисшах улыбнулась, и почтительно поклонилась.
— Почту за честь, мой Султан, — и поспешила удалиться.
***
В покоях, Симисшах ждал достаточно неприятный сюрприз, так как там была Михримах Хатун. Симисшах возмутилась, однако Фара-хатун поспешила успокоить свою госпожу.
— Валиде Султан прислала её, моя госпожа, — сказала Фара, — она передана вам в служение. — Симисшах удивилась.
— С какой стати фаворитку Повелителя присылают ко мне? — удивилась Симисшах.
— Повелитель не удостоил её чести фаворитки, Султанша, — сказала Фара, Симисшах удивлённо посмотрела на неё. Затем перевела взгляд на Михримах, и взяла её за подбородок.
— Что ж, раз ты теперь будешь служить мне, то я потребую много от тебя.
— Я готова ко всему, Султанша, — сказала Михримах хатун, — вы удостоили меня честью, подарив луноликое имя, и я не могу посрамить его. Я исполню любой ваш приказ. — Симисшах отпустила Михримах.
— Не нужно давать таких обещаний, хатун, — сказала Симисшах, — но если ты действительно клянёшься в своей преданности. То я полагаюсь на тебя, и надеюсь, что твои слова в будущем будут иметь свою цену. А теперь, иди в покои Махпейкер и скажи ей зайти ко мне. — Михримах поклонилась и вышла из покоев. Симисшах подошла к зеркалу, и поправила корону.
— Султанша, вы так легко доверились ей, — сказала Фара, — что вас толкнуло на такое доверие?
— Единственная хатун, которой я могу доверять — это ты, Фара, — сказала Симисшах, — ты меня ещё ни разу не подводила, и твоя преданность безгранична, как и моя благодарность.
— Для меня честь служить вам, Султанша, — сказала Фара.
— Такая преданность должна быть вознаграждена, — сказала Симисшах.
— Что вы, Султанша, — воскликнула Фара, — я…
