- Дорогу! Симисшах Султан и Махпейкер Султан Хазретлери! – все, кроме Айше Султан, Гевхерхан и Атике с Валиде, поклонились. Махпейкер зашла первая, а следом зашла и Симисшах. Увидев, что глаза Махпейкер сияют, Кёсем улыбнулась и подозвала её к себе. Махпейкер подошла к бабушке, и поцеловала её руку.
- Моя красавица внучка, - улыбнулась Кёсем, - да принесёт тебе счастье этот брак.
- Аминь, - сказала подошедшая Симисшах. Кёсем обратила на неё внимание, и также протянула руку. Симисшах любезно поцеловала её. – Вы оказали нам честь, устроив свадьбу для Махпейкер.
- Судьба моих внуков для меня святое, Симисшах, - сказала Кёсем, - и если мой сын-Повелитель посчитал, что Кеманкеш Ага достоит руки нашей прекрасной Махпейкер, то храни их Аллах.
Махпейкер подошла к тёткам. Поклонилась каждой, и поцеловала им руки. Дойдя до Айше, она презренно посмотрела на неё, поклонилась и прошла мимо.
- Дорогу! Султан Мурад хан Хазретлери, шехзаде Касым Хазретлери, шехзаде Ибрагим Хазретлери и шехзаде Ахмед Хазретлери!
Все сразу же поклонились, Мурад зашёл первым, и сразу же направился к своей дочери. Махпейкер поклонилась и поцеловала руку отца.
- Махпейкер, моя красивая доченька, - Мурад поцеловал Махпейкер в лоб, - сегодня твой день, моя луна, сегодня ты обручишься с Кеманкешем Агой и вы станете семьёй.
- Я не устану благодарить вас, Повелитель, - сказала Махпейкер, - этим союзом вы осчастливили меня. – Мурад подозвал Силахтара, и он протянул Повелителю шкатулку. – Что это? – удивилась Махпейкер. Мурад открыл шкатулку, и достал кулон в форме тюльпана. Увидев его, Кёсем ахнула. – Это же…
- Да, когда-то, мой покойный отец Султан Ахмед, подарил такое ожерелье моей матери – Кёсем Султан, - сказал Мурад, - как и другие украшения, моя Валиде передала их в казну, однако… - Мурад застегнул ожерелье на шее дочери, - я заставил ювелира воссоздать точную копию. – Кёсем чуть не прослезилась, вспомнив своего покойного мужа.
Наконец, поздравления закончились, и Мурад, вместе с сыном, и братьями, отправился в сад, чтобы начать празднование. Вы помните, что женщины и мужчины празднуют свадьбу отдельно? Так вот, Кёсем вместе с дочерьми, также с Айше и Симисшах, Хавсой и Эсманур, повели Махпейкер в свадебную карету, чтобы отвезти в их с Кеманкешем дворец, где должен был состояться никях. Махпейкер ужасно волновалась, но Симисшах убедила дочь сильно не тревожиться, всё обойдётся.
***
Мурад сдержал слово, данное Симисшах, и выделил своей дочери и Кеманкешу дворец покойного Ибрагима Паши. Карета Махпейкер уже подъехала к дворцу, и служанки помогли дочери падишаха выйти из неё. В сопровождении служанок, Махпейкер зашла внутрь.
Покои уже были готовы, оставалось зажечь свечи, и подготовить юную Султаншу к никяху. Махпейкер переживала, ведь она совсем молода, и многого не знает, что следовало бы знать. Симисшах и Валиде не стали её зря пугать, сказав, что Кеманкеш её сам всему научит. Служанки поправили платье Махпейкер, зажгли свечи в комнате, и тут, в покои зашёл Кеманкеш. Служанки сразу же поклонились, и вышли из покоев. Махпейкер стояла у кровати, в ожидании, что Кеманкеш подойдёт к ней. Так и произошло. Кеманкеш медленным шагом подошёл к своей жене, и мялся, не знал, что даже делать. От испуга, наверное, растерялся.
- Я столько времени грезил этим днём, Султанша, - прошептал Кеманкеш, - я не хотел, чтобы вы любили меня лишь из-за того, что я писал вам анонимные письма, и… - Махпейкер прикрыла ему рот рукой.
- Для меня это впервые, Кеманкеш, - напомнила Махпейкер, - Аллах услышал мои молитвы, и я, наконец, могу смотреть тебе в глаза, не боясь, что нас могут наказать или того хуже. Я благодарю Всевышнего за то, что он позволил мне познать любовь, и в будущем, познать все её прелести.
Речь Махпейкер вдохновила Кеманкеша, и он, откинув, а затем и сняв корону с вуалью с головы Махпейкер, дотронулся своими губами до её губ. Махпейкер удивилась такому жесту, но с некой неуверенностью начала отвечать на поцелуй Кеманкеша.
*Прошло почти 8 месяцев*
Брак Махпейкер и Кеманкеша, как предсказывала Кёсем, действительно был счастливым. Симисшах, когда дочь приезжала навестить бабушку, отца и мать, видела в её глазах лишь искры счастья, была этому очень рада, и не устала благодарить за это своего мужа. Что же касается Айше Султан, она осталась во дворце вместе с Эсманур и Османом, решив побыть ещё немного в кругу семьи. К жене присоединился и Аяз Паша, который любезно приехал сразу же на следующий день после никяха Махпейкер и Кеманкеша. Даже сундук золота им в дар привёз.
