И он ушел. Во время репетиции я сидела на диване и прокручивала случившееся с Максимом. Наверняка Кот видел, как мы с ним обнимались. Да и кого еще приводят с собой музыканты на репетиции – только подружек. И еще я поняла, почему так отчаянно переживала за наши с Максимом совместные походы на улице. Причиной была не моя забота о Ксюше. Все дело в том, что я ни на секунду не подумала о папарацци, гуляя с Котом. А нас могли видеть. Если быть точнее, нас наверняка заметили, когда Полина позировала из джипа. Может, не сразу, но журналисты не могут не узнать популярнейшего артиста, стоящего у дороги. И притом не одного. Я понимала, что это плохо, но ничего не могла с собой поделать – с Максимом не хотелось значится парочкой, пускай даже в глянцевом журнале, а вот если меня могут приписать к числу интрижек Кота. Как это ужасно звучит. Я содрогалась от одной только мысли об этом. Но мое самолюбие не отказалось бы от такой роли. И, кажется, я стала влюбляться в живого человека, а не в его образ с телеэкрана.
Максим отлично сыгрался с новой группой. Парни заявили, что раз я не занята, то могла бы дать им свой номер телефона, я отшучивалась, но, в конце концов, пообещала добавить их к себе в друзья на страничке в соц.сети.
После обеда я отправилась к себе в номер. Вечером Максим предложил сходить на пляж.
– Только представь: никаких журналистов, все в это время караулят концертный зал, только я, ты, закат в море. И, да, штук семь суровых музыкантов.
– Романтично, пожалуй, приготовлю что-нибудь вкусненькое по такому поводу, – я посмотрела на Максима, а потом мы враз с ним сказали: «Пиццу!».
Я вообще-то не умела стряпать разные вкусности, как моя мама, но вот пицца – это святое. Все парни в нашей группе ее обожали, у каждого был свой традиционный рецепт. Поэтому, попав в команду, я волей-неволей вынуждена была освоить книгу рецептов. Моя пицца – с оливками и тремя видами сыра. К семи часам блюдо было готово, оставалось лишь привести себя в порядок. Я знала, что это будут обычные посиделки с парнями: с шутками, песнями под гитару Лео, жаль, что Полина и Анатоль не смогут прийти. А еще будут музыканты Кота. Возможно, и он сам придет. Это меня выбивало из колеи, я ведь люблю посмеяться и поболтать, а при нем меня охватывает ступор. Я боюсь сказать что-то не то, выглядеть глупо, хотя меня раньше не пугали выходки вроде танцев на вокзале. Помню, в том году ребята провожали меня домой на новогодние каникулы, Лео, как всегда, пришел с гитарой и стал что-то наигрывать, а мы с Полиной пустились в пляс. Люди вокруг крутили пальцем у виска, но нам было все равно. Кстати, Кота я себе тоже представляла немного сумасшедшим, безбашенным, вроде капитана Джека Воробья, однако в жизни он оказался вполне себе нормальным парнем.
Я в третий раз переоделась: джинсы, розовый сарафан и юбка до пола лежали на кровати.
«Всё не то», – тихо сказала я куче вещей и упала сверху них.
В дверь постучали, я накинула на себя халат и пошла открывать.
– Полина? У тебя же скоро концерт.
– Да уж, – она стояла в красном платье, вырез которого проходил узкой нитью ниже пупка, – а вы, значит, собираетесь без нас на пляж.
– Максим сказал, что ты об этом знаешь, – я села на свою кровать, она так и осталась стоять в проеме двери.
– Знаю, что он идет с парнями, но не ты, – она подошла ко мне и отдала какой-то цветной пакет.
– Это что? – я стала развязывать многочисленные ленточки.
– Хотела, чтобы ты сегодня пришла в этом на концерт.
– Спасибо, – я покосилась на нее, а потом достала легкое шифоновое платье с черным верхом на широких лямках и трехъярусной юбкой цвета пыльной розы. На плечах были сделаны прозрачные воланы, наподобие крыльев феи, я с визгом подпрыгнула на кровати и продолжила доставать подарочки. Дальше лежала шляпа с черными краями и черным бантиком в горошек, а сама она была того же цвета, что и юбка платья.
– Обалдеть! – я тут же надела ее на голову и достала последнюю вещь, это был комбинезон из мягкого хлопка, украшенный якорями, штурвалами и прочими морскими предметами. Сам он был нежно-голубого цвета, а рисунки – белые.
– Извини, что не могу пойти, но мне уже эти торжественные выходы вот где сидят, – я схватилась за горло, – давай я надену платье на закрытие, вы будете там выступать, и я, как всегда, буду с вами.
– Ладно, – Полина села рядом и взяла меня за руку.
– Я знаю, что ты хочешь повеселиться с нами, но это же здорово – быть членом жюри такого конкурса. Значит, твое мнение им важно, и ты должна внести свой вклад в будущее маленьких звездочек.
– Ладно, пойду вершить судьбы, – она улыбнулась.
– Спасибо за вещи, а комбинезон я надену сегодня же! – крикнула я ей вслед.
В сочетании с белыми кедами и майкой-алкоголичкой он мне понравился до дрожи, я быстро собрала маленький рюкзачок, упаковала пиццу в сумку-термос и спустилась вниз.
Максим уже ждал меня на том самом высоченном джипе Анатоля.
– Снова этот зверь!
– Это ты про меня? – улыбнулся Лео, забирая у меня сумки. Он сидел сзади, значит, мне предстоял подъем на сиденье рядом с водителем.
