Я никогда не видела его прежде, но едва мы познакомились, потеряла голову, безвозвратно влюбилась, осознавая, что сделаю все что угодно, чтобы он стал моим.Кто он? Спортсмен, красавец, охотник до женщин. Кто я? Журналистка, чудом пробравшаяся на чужой праздник жизни. Я существую от зарплаты до зарплаты, а он купается в роскоши, каждую неделю меняя автомобили и спутниц.Но я его хочу. А значит, буду делать то, что умею лучше всего. Лгать, изворачиваться и шпионить, даже не представляя, к чему это в итоге приведет. К кому приведет.
Спешила, как могла. Проклятые каблуки цеплялись за траву, пока я бежала через зеленую лужайку, украшенную фонариками, коваными скамейками и изящной белоснежной беседкой. Черт возьми, здесь был даже пруд, в котором плескались маленькие, будто светящиеся рыбки. Такую роскошь мне, как простому журналисту, доводилось видеть нечасто.
В основном собирала материал в интернете, переписывая то, что уже написали до меня. Реже отправлялась на выставки или открытие новой гимназии. Собственно, большие статьи и сенсации мне вообще никогда не доверяли. Не доросла еще, по мнению нашего главного редактора. Но я и не спорила. Как говорят? Тише едешь, дальше будешь.
А пока я описывала спасение котиков с деревьев, ремонты дорог и строительство новой ветки метро. Иногда собирала весенние образы или комментировала новую коллекцию сумок. По классике жанра работа была непыльной, платили неплохо, но хотелось бы лучше, однако именно сегодня случилось то, чего я никак не ждала в ближайшую пару лет.
Меня отправили на задание, которое я никак не должна была провалить. Если все получится, то это будет сенсация. Если не получится…
Ну, об этом лучше не думать, потому что тогда свой диплом журналиста я смело могу выбрасывать.
Несмотря на то, что вечеринка красивых и богатых проходила за городом, на частной территории, просто так проникнуть в дом никак нельзя было. Требовалось специальное приглашение, которого у меня, естественно, не имелось. Честно говоря, у меня при себе не было ничего, кроме маленькой камеры в очках, передающей снимки прямо на телефон, и небольшого диктофона в сумке.
Понятия не имела, как выкручиваться, если меня поймают, но надеялась на свое природное обаяние. И на помощь подруги, естественно. Если бы не она, я бы вообще навряд ли согласилась на это сумасшествие.
— Ольга, давай скорее! — прошипели откуда-то сбоку, а я подскочила от неожиданности на добрых полметра.
Обернувшись, с облегчением выдохнула, увидев подругу в одном из окон. Оно было распахнуто настежь, в отличие от остальных.
— А через дверь никак? — поинтересовалась я с надеждой во взгляде.
— Скажи спасибо, что хотя бы так. Понятия не имею, где брать ключи от черного входа, — пробурчала Маришка, заправляя за ухо светлую прядь.
— Спасибо, — ответила я обреченно и так же обреченно подошла к окну.
Сначала на подоконник отправилась моя красная лакированная сумка, а уже потом на него совсем не грациозно вползла я, стараясь не потерять по дороге единственные нормальные туфли. Такие же алые и лакированные. О грациозности можно было совсем не вспоминать, поэтому в комнату я ввалилась, наспех поправляя черное платье-футляр. Пиджак вроде бы не успел помяться, но я и его на всякий случай поправила и только потом осмотрелась.
Комната была, кажется, предназначена для отдыха, потому что, кроме дивана, кресел и камина, здесь больше ничего не имелось. Хотя нет, был еще стол, на который я успешно налетела. Если бы не Маринка, растянулась бы на полу, но подруга подхватила меня и помогла вернуть равновесие.
— Ты готова? — спросила она воинственно.
— Нет, но что это меняет? — улыбнулась я, собирая всю свою решительность. — Слушай, а как я его узнаю?
— Тебе не дали фотографию? — удивилась подруга, а я только сейчас обратила внимание на ее наряд.
Не рассмеяться оказалось невозможно. Слитный черный купальник, черная бабочка, сдавливающая шею, и огромный каблук. И это униформа официантки? На что только не пойдешь ради того, чтобы заработать. Нам, провинциалкам, в принципе трудно найти хорошо оплачиваемую работу, даже если имеется образование. Маришка, кстати, училась на терапевта.
— Понятия не имею, как выглядит эта звезда американского футбола, — пожала я плечами, проверяя работу диктофона.
— Американского футбола? Дорогая, ты вообще знаешь, на кого открываешь охоту? Михаил Завойский — действующий чемпион мира по боксу.
— Да хоть по карате, — отмахнулась я. — Мне нужно постараться запечатлеть его в компании женщин и алкоголя. У нас заказная статья, а этот засранец игнорирует все предложения об интервью. Так как я его узнаю?
— Пойдем, — усмехнулась подруга. — Уверена, ты сразу поймешь, что это он.
Коридоры, зал, еще один зал. Нам с Маришкой пришлось разделиться, потому что за нее ее работу, увы, никто не сделает, да и вместе нам показываться было нельзя. Свет ослепил на секунду, едва я появилась в галерее.
Здесь действительно были картины и скульптуры. Просторное помещение освещалось лучами прожекторов. Барная стойка, словно волна, своей изогнутой формой привлекала внимание. Диваны необычной формы, столики и стулья, какие-то кресла-мешки. Люди перемещались хаотично, удерживая в руках закуски и бокалы с шампанским.
Музыка била по голове. Она играла фоном, но все равно была неоправданно громкой. Не представляла, как люди слышат друг друга.
