– Собирай вещи. Ты переезжаешь ко мне. Я распахнула рот, умирая от ужаса. Данияра Багрова я видела всего раз – тогда же после нашей встречи я попала в больницу. – Ни за что. – Содрогаюсь всем телом. – Твоего мужа больше нет. Это раз. – Вкрадчиво напоминает Данияр. – На тебя покушались. Это два. Ты знаешь правила нашей династии. Отныне вы с ребенком принадлежите мне. – Причем здесь мой ребенок и вы? – цежу тихо. – К тому же, вы мне не нравитесь. Я тихо простонала – Багров больно схватил меня за локоть: – Либо по любви, либо по-плохому, но ты будешь жить со мной. Данияр: Она меня не помнит. Год назад она говорила, что хочет от меня детей, а теперь даже не помнит, что беременна от меня.
– Он меня заставил! Я не виновата, Настя. Ты слышишь меня?
– Что ты наделала? – я замерла на месте, придавленная грузом слов. – Ты ему все рассказала? И про малыша?
– Нет, конечно. Он требовал только твой адрес. Прости!
От истеричных извинений подруги легче не становится, ведь моя жизнь рушится за доли секунды. Сбрасываю звонок, судорожно убираю телефон в сумку и ускоряю шаг.
Почти перехожу на бег.
– Я свободна. Я вольна идти куда угодно, – утешаю себя хриплым шепотом, задыхаясь от бега.
Бегу домой. Точнее в то место, которое считала своим укрытием от семьи Багровых.
Нужно забрать документы. Купить билет на поезд к родителям в родной город. Убраться от Багрова к чертовой матери.
«Сбежать», – огнем горело в сердце и в мыслях.
Добравшись до дома, я взяла себя в руки, но долгое время не могла вспомнить, куда дела свой паспорт. Жизнь еще не научила держать паспорт при себе. Еще не проучила как следует – слишком сладкой была жизнь под защитой мужа.
Наш брак продлился недолго. Его убили почти сразу после нашей свадьбы. Я не успела понять какого это – быть женой.
Я нашла паспорт в спальне. Здесь я провела кучу бессонных ночей и, кусая губы от боли, обвиняла жизнь в несправедливости лично ко мне. Мой муж не был плохим человеком. За что его убили?
И что его брату надо от меня?
Для чего он ищет меня?
О беременности знала только я и Рита. И в карточке медицинской написано. Я нигде не светилась, потому что если Багровы узнают, что я беременна от их сына – они заберут ребенка. Такой влиятельной семье не нужны такие невестки. Его родители так и говорили обо мне. А ребенок – это святое. Это их кровь. Заберут его, а меня вышвырнут прочь.
Я бросилась к окну, цепляясь пальцами в подоконник. И едва не закричала: внизу стоял знакомый кортеж из черных машин. На таком только Багров из Петербурга рассекает. Только Багровы могли позволить себе многое и даже больше. Я знаю, потому что сама каталась в таком сопровождении после того, как муж сделал мне предложение.
Крепко схватив сумку, бегу в прихожую.
Ничего не потеряно. Он еще не здесь.
Обуваюсь.
Ничего не потеряно. Он не знает о моей беременности. Это только мой ребенок. Никому не отдам.
– …
Я распахнула дверь и не смогла проронить ни слова.
Моего лба моментально коснулась ледяная сталь. Дуло пистолета. У Саши было много оружия, он показывал мне его, но никогда не рассказывал, для чего оно ему нужно.
Прикосновение холодного металла я не спутаю ни с чем.
– Слишком долго прожила, – буквально выплюнул он. Незнакомец, пришедший меня убить.
Других мыслей не было – я понимала, зачем он пришел.
Я думала, хуже Багрова не встречу никого. Ошибалась.
– Довольно путаться под его ногами, – пробасил он, замахнувшись на меня пистолетом.
Висок стал влажным. Лопатками я ощутила крепкую стену, вскрикивая от боли.
Чудовище затолкнуло меня в квартиру, на лбу саднила рана. Я не понимала ни одну его фразу.
– И что они нашли в тебе? Помешались на одной шлюхе, которая только ноги раздвигать умеет… – грязный ощупывающий взгляд прошелся по моему телу и остановился на животе.
Шея бандита вытянулась. Взгляд стал осознанным.
Перед ним – беременная женщина.
Но это меня не спасет. Краем глаза я стала искать острые предметы. На туалетном столике стояли ваза да расческа. Второе бесполезно, а схватить первое не успею. Тяжелая ваза. Пистолет легче сместить. И выстрелить легче.
– Не надо. Я в положении, – проблеяла холодными губами.
– От кого хоть? – скривились губы бандита. – Надо доложить, от кого беременна была.
Что за глупый вопрос?
Меня затрясло. От кого я могу быть беременна? Они знают, чьей я женой была, раз пришли сюда.
По лбу стекла капелька пота. Или крови. Не ощущала. Перед глазами все замельтешило.
«Беременна была», – зацепилось в голове. Была.
Меня не оставят в живых. Очевидно. Из обрывистых фраз не удавалось составить единый пазл. Было только одно ясно – беременную женщину Багрова оставлять в живых нельзя. Мешает. Слишком долго прожила после смерти мужа.
Я тихо вскрикнула: бандит коснулся меня рукой. На его пальцах была кровь. С моего виска.
– Да ты, похоже, ничего не знаешь, – ухмыльнулся бандит.
Я скосила взгляд сквозь его толстые пальцы. Взгляд остановился на безымянном – на нем было кольцо с бордовым камнем. Я тихо выдохнула, незаметно склоняясь в сторону вазы.
– Даже не знаешь, от кого беременна, шлюха, – рассмеялся он.
На лице ублюдка не было ни единого шрама. Никаких опознавательных знаков. Люди, пославшие меня убить, выбрали идеального убийцу.
Я стиснула зубы и дернулась.
Вправо. Где ваза.
Но висок прожгла боль, и я поняла – не успела.
Прозвучал выстрел.
Я закричала, ожидая боли. Смерти ожидая.
Тяжелое коренастое тело бандита внезапно стало оседать и падать на меня. Перед тем, как он упал на меня, я увидела в его глазах равнодушную тьму.
Задыхаясь под натиском мертвого тела, я услышала шаги. В следующую секунду груз исчез. От ужаса подогнулись ноги, и я по стенке сползла вниз. Мне было страшно. Я не хотела терять ребенка.
– Успокойся, Настя.
Низкий баритон. Хриплый. Тягучий. Но такой же опасный.
