Она вылила кофе, помыла чашку, застелила постель, а потом села в гостиной, держа в руках телефон, чередую гипнотизирование черного экрана и его активизацию, чтобы проверить время.
Стас настраивал ее на то, что заседание с высокой вероятностью начнется позже назначенного (во всяком случае, так подсказывал опыт), а вот длиться вряд ли будет долго. Но для Даши долгими сейчас казались даже не часы, а минуты и секунды.
Нестерпимо хотелось если не позвонить ему, то хотя бы написать, но Даша сдерживалась. В голову то и дело лезли картинки, а то и полноценные сцены того, как все будет происходить…
«
Даша сдерживалась от звонка до десяти. Когда стало невыносимо сложно — набрала. Стас скинул. Сердце ухнуло в пятки, но пришлось срочно брать себя в руки и стараться успокоиться.
Убеждать себя, что все дело в задержке. Наверное, вот сейчас как раз рассматривают. Или… Или уже даже решение оглашают.
Следующую попытку набрать Даша совершила через полчаса. Стас опять скинул — успокоить себя было уже сложнее. Она набрала еще раз почти сразу, но он опять не взял. Напечатал короткое «скоро буду»… И ни слова об исходе. Ни слова…
Сердце билось в горле, доводя до противной тошноты. Продолжая держать телефон в руках, Даша начала курсировать по комнате, задерживалась на десяток секунд у окна… А потом снова курсировала.
В какой-то момент набрала Артёма. Шанс, что брат будет в курсе, раньше ее, казался мизерным, но… А вдруг?
— Алло, мелкая, слушаю тебя…
— Тебе Стас не звонил?
— Нет. А должен был?
— У них с Диной сегодня последнее заседание. Я волнуюсь…
— Почему волнуешься? Поверь мне, как юристу. Их разведут. Суд не может заставить их сожительствовать только потому, что так статистика разводов будет немного менее внушающей…
Артём ответил довольно спокойно и даже с улыбкой.
И Даша оценила бы шутку, не будь она настолько напряжена. До предела, а то и за ним.
— Хорошо. Спасибо. Но если он позвонит тебе — набери меня, пожалуйста. Я… Я изведусь здесь, пока это все закончится.
— Не накручивай себя, Носик. Все будет хорошо…
Даша скинула, вернулась на диван, снова занялась тем, чтобы смотреть на черный и горящий временем экран. Легко сказать «не накручивай», а сделать… Совсем непросто.
Стас не стал бы тянуть интригу — не в его характере. Это слишком жестоко. Поэтому… Даша понятия не имела, что там происходит, но в голову лезли исключительно плохие мысли.
А когда в замке начал проворачиваться ключ — тут же подскочила, понеслась навстречу.
— Стас… — он зашел в квартиру… И Даше сразу стало понятно, что что-то не так. Не сказал ни слова. Закрыл дверь, бросил ключи и телефон на тумбу, молча прошел в кухню, не разуваясь. Потянулся к полке, на которой стоял алкоголь.
— С-сука… Немеет…
Стоял спиной ко входу, в котором застыла Даша, но даже так она уловила, что смотрит на руку, сжимая-разжимая кулак. А за бутылкой тянется второй.
Достает ее, достает стакан, не наливает только, а нажимает на висок, трет его. Лишь потом опять возвращается к своему изначальному плану — наливает, разбрызгивая… Потом трясущейся же рукой пытается поднести к лицу… Но так и не делает глоток, стукает с силой снова о стол, разворачивается, смотрит прямо на Дашу.
— Она п-принесла справку о беременности. Срок. Ч-четыре месяца.
— Это ложь… — Даша непроизвольно тянется ко рту, уже даже не обращая внимания на то, что сердце переехало из горла прямиком в голову, яростно долбя там в виски. Шепнула не столько Стасу — сколько себе.
— Или правда. — Но ответил зачем-то он. Опустил взгляд на одну руку, потом на другую. — Я н-не з-знаю. Ч-что. Д-делать. Н-не. З-знаю…
Такое впечатление, что каждое слово он выдавливал из себя. То ли не находя сил, то ли не в состоянии сходу вспомнить.
А потом…
— Стас, — врач в Даше понял раньше, чем любящий Носик. Она окликнула его громче обычного. Он вскинул взгляд. Повернулся к ней лицом, на котором… Будто судорога и поехавший вниз уголок рта.
— Н-нервы п-просто… — он пытается поднять ту руку, которая немеет… И не может.
— Господи… — и как на зло, Дашин телефон остался в комнате, на диване. Она же… В жизни так не бежала. Ни до, ни после. Даже к обрыву, чтобы взлетать. Схватила мобильный, понеслась назад.
Успела подхватить Стаса прежде, чем подкосило уже ногу, они осели вместе. Он — ничего не понимая, Даша — судорожно набирая номер скорой.
— Алло. Мужчина. Тридцать лет. Подозрение на инсульт. Пожалуйста… Спасите.
Даша сидела в приемной больницы, в которую привезли Стаса, бессознательно комкая на коленях ткань домашних штанов.
