— Ради хорошей жизни легла под моего отца? — впивается в меня презрительным взглядом. — Тебя это не касается, — скажи я правду, он все равно не поверит. — Тогда расскажем ему о том, в чьей постели ты потеряла невинность. — Нет. Прекрати, — вырываюсь из его хватки, — хватит портить мою жизнь! — Я только начал. И теперь ты будешь делать все, что я скажу. — А если нет? — Тогда я покажу отцу то, что испортит твою жизнь. Я тебе не говорил, что в моей комнате есть камеры?
Я проснулась от того, что мне стало трудно дышать. Горло словно сжали тиски, до боли обжигая при каждой попытке вдохнуть.
Такое происходило со мной не в первый раз за последнее время. Всегда, когда мне снились кошмары и страх парализовал мое тело.
Но сейчас, стоило мне проснуться, как я поняла, что мне ничего не угрожало. Этого человека не было рядом. Он ничего не мог мне сделать. Он даже не знал, где я нахожусь.
И все равно я могла лежать в кровати без сна. Смотреть в потолок в надежде не уснуть. В моем сне было страшно. Там был он. Злой за то, что я сделала.
Я снова не спала. Просто прикрыла глаза и старалась думать о чем-то хорошем. О том, что скоро начнется учебный год и нужно перевестись в другой университет. У том, что мне стоит найти подработку после переезда. О том, что у меня, наконец, появится возможность уехать из этого города…
Мои мысли прервал легкий, почти неразличимый скрип пола. И это не могло меня не пугать. Уговаривать себя в том, что мне послышалось в очередной раз уже было глупо. В комнате кто-то был.
Я чувствовала это. Затаилась и, не раскрывая глаз, вслушивалась в тишину. Слышала, как кто-то приближался и не могла даже пошевелиться. Я не могла представить, что страх может парализовать.
Я лежала и ничего не могла предпринять. Даже закричать не было возможно. Когда я открыла рот, все что я смогла сделать, так это несколько рваных вдохов. А потом снова начала задыхаться от страха, который липкими следами поднимался по моему позвоночнику, холодя кожу.
Когда шаги послышались практически возле моей кровати, я, распахнув рот, все же закричала. В немом крике.
Это больше не был ужасный сон.
Это была кошмарная реальность.
У меня получилось издать только хриплый стон перед тем, как мой рот накрыли рукой и резко дернули назад.
Сердце замерло. Остановилось. Гул в ушах не позволял разобрать звуки. Глаза все еще смотрели на кровать, на которой спал Кристоф.
Неужели он так и не проснется? Как он может так крепко спать и не чувствовать опасность? Неужели он позволит ЭТОМУ со мной произойти? Он же прекрасно все понимал. Я рассказала ему и парень знал чего именно я опасалась.
Я пыталась сопротивляться. Старалась вырваться, но все мои усилия были напрасны. Кролик не мог выиграть у удава. Это была заведомо проигрышная схватка, но я старалась. В последние дни прикладывала максимум усилий, чтобы сбросить с себя токсичные оковы ядовитых отношений.
Меня практически бесшумно волокли за собой. Разве огромный и сильный мужчина мог встретить с моей стороны достойное сопротивление? Меня, почти не прилагая никаких усилий, вытаскивали из комнаты, а я с ужасом наблюдала за тем, как с глаз скрывалась последняя надежда на спасение. Крис так и не проснулся…
И что теперь будет со мной? Просто выволокут в неизвестном направлении, а потом просто не найдут?
Я не знала, что именно послужило толчком, чтобы я вышла из этого транса, в котором находилась. Но что-то определенно заставило меня прийти в себя. То ли мысли о том, что со мной действительно это могло произойти, или то, что мне показался знакомым запах мужчины, который сейчас тащил меня по лестнице на первый этаж.
В попытке бесполезного сопротивления у меня получилось впиться зубами в ладонь, которая зажимала мой рот, а после я начала вырываться и метаться во все стороны, стараясь кричать.
— Мелкая сучка, — мне хватило одной фразы, чтобы узнать его голос. Чтобы понять, кто находился позади меня и пытался меня… Похитить?
Я начала вырываться из его рук с большим рвением. Этот человек был хуже любого вора. Хуже всех на всете. Этот человек пришел ко мне из моих ночных кошмаров. Чудовище, которое изуродовало мою жизнь. Тварь, которая уничтожила меня. Втоптала в грязь.
Я начала кричать с большей силой, но с опозданием поняла, что его это только сильнее разозлило. Стащив меня на первый этаж, он встряхнул меня с такой силой, что голова закружилась. А после…
После он впечатал меня в стену и навис надо мной мрачной тенью, вбившись в меня твердым как камень телом. Лишая возможности даже сделать вдох.
— Если ты не заткнешься, я перестану быть таким сдержанным, — прорычав прямо мне в губы, он ударил кулаком возле моего лица, пробивая стену.
— Что ты…что…
— Пусти еще слезу, попытайся меня разжалобить, — Маркус смотрел на меня так, что мне стало плохо. Так смотрят хищники, когда загнали свою жертву в ловушку и готовы ее растерзать. Но сначала хищники играют со своей добычей, как сейчас он со мной, — давай, у тебя это хорошо получается. Сделай вид, что не понимаешь почему я здесь.
Его глаза сверкали опасны блеском, и заглянув в них я поняла одно — он знал. Он узнал обо всем и пришел мне отомстить.
От понимания этого факта мне стало страшно вдвойне. Я распахнула рот, чтобы завизжать, чтобы звать на помощь, но у меня не получилось. Огромная ладонь накрыла рот быстрее, чем я успела издать хоть один звук.
— За все в этой жизни придется расплачиваться, Ингрид. Ты перешла дорогу не тому. Я не прощаю предательства. Ни тогда, ни сейчас.