Я тебя предупреждал (СИ) полностью

Морально порол Костя виртуозно, потому мне стало очень-очень стыдно. Даже стыднее, чем в квартире Макса после осознания случившегося. Я так не хотела, чтобы он был в курсе событий того дня. До ужаса не хотела. Все, но только не Костик, потому что для него я желала быть Малой — девочкой, с которой он возился всю жизнь, в шутку ругался, опекал и вечно шутил над ней, но не взрослой девушкой, почти женщиной, что успела наделать ошибок.

Когда-то я наткнулась в сети на цитату: "Правду больнее всего раскрывать своим близким", она мне очень запомнилась, несмотря на то, что звучала несколько странно. Однако только теперь до меня дошло ее истинное значение. Действительно, больнее всего говорить ту правду, что самой хочется забыть, родному человеку. Незнакомцу будет плевать, а вот для брата это может стать потрясением. Глупость моя, но рана для него.

Костик для меня всегда являлся всем, для него надо быть лучшей версией себя, а я, кажется, его разочаровала.

"Прости", — других слов я не нашла, чтобы выразить все то, что всколыхнулось в душе.

"Пообщаемся , когда я приеду.

И еще раз: всегда пиши мне. О том, что считаешь мелочами, в том числе, Малая. Поняла?"

Чувствуя себя нашкодившим котенком, ответила:

"Поняла. И прости еще раз"

Я дала обещание, даже не представляя, что уже завтра его нарушу. Что уже завтра из-за моей невнимательности изменится абсолютно все.

— Пить хочу жутко, — Соня потащила меня к накрытым столам. И спросила, рассматривая пакеты с соком: — Яблоко или вишня?

— Яблоко, — особо не задумываясь, ответила, крутя головой и пытаясь в толпе "поймать" двух странных парней, что я заметила совершенно случайно в толпе. Может, у меня уже глюки? Первый амбал ладно, окей, я с ним уже чуть ли не сроднилась за неделю, но куда еще-то?!

Куда бы я не пошла, меня сопровождали взгляды. Два пристальных, тяжелых взгляда, что будто говорили "не рыпайся и сиди смирно". По их же заслуге однокурсник, который подошёл что-то у меня спросить, уплетал со скоростью света, так и не сообщив, что ему от меня надо. Соня лишь увленно переводила глаза с меня на качков и очень красноречиво молчала. Я тоже молчала, но уже очень зло.

Точкой кипения стало то, что мне просто не дали выйти и подышать свежим воздухом! У дверей актового зала караулили еще шкафы в черных костюмах и со знакомой татуировкой на шее.

Выдохнув сквозь сжатые зубы воздух, я вернулась в помещение и, кипя от ярости, написала Масе, чтобы хоть как-то выпустить пар:

“Я больше не могу молчать! Он только что добил меня. У входа дежурит охрана. В зале два телохранителя в татушках, смотрят, как коршуны. Я, мать его, суперзвезда?!”

Пока ждала ответ от Максим, в другом мессенджере активизировалась беседа нашей группы: Оля инструктировала нас по поводу выступления и скидывала в энный раз сценарий.

Телефон запиликал уже сообщением Маси:

“Признай, что он крут. Заботится о тебе. Может, это любовь?))))”

Я не стала выходить из институтского чата и напечатала во всплывающем окошке:

“Да ты не понимаешь, Мась! Он не умеет любить. Постоянно вынуждает беситься от каждого его слова. Да он просто брызжет ядом, лелея мою к нему ненависть. Только не ненависть это нифига(((((”

Тем временем староста прислала огромными буквами послание "ЧЕРЕЗ ПЯТЬ МИНУТ ОБЪЯВЯТ НАШ ВЫХОД". Еще время есть, как раз успею успокоиться и закончить разговор с Масей.

Два следующих сообщения пришли почти одновременно, и у меня в голове даже не возникла мысль, что они от разных абонентов.

“Господи, Катюх! Мы с девчонками давно знаем, что ты притворяешься, потому что этот придурок тебя совсем зашугал. Даже невинные шутки воспринимает как подтекст. И я прекрасно понимаю тебя)))”

“Где ты?”

Нажав на "ответить", быстро напечатала:

“Я за сценой.

И что мне делать Мась? Картер не оставляет в покое, не понимая, что я люблю его куда сильнее прежнего. Не понимает, что ненависть — это защита от его агрессивных нападок. Я не знаю, как буду с этим справляться”