Облетев вокруг дома несколько кругов, я опустилась на крышу, и, положив боевую подругу рядом с собой, села. Закат потихоньку сходил на нет. Но возвращаться в комнату мне все равно не хотелось.
– Это того стоило? – раздался вдруг за моей спиной голос. Дальше я действовала чисто на инстинктах. Метла оказалась в моей руке быстрее, чем я сообразила, что делаю. А в следующий момент попугай отпрянул, чуть не снесенный главной ведьминской соратницей.
– Осторожнее, ведьмочка! Я еще пожить хочу!
Мне показалось, или в его голосе действительно послышался смех? Да нет, глупости. Он же вроде тот еще сухарь.
– Мне казалось, у тебя инстинкт самосохранения ампутировался за ненадобностью, – буркнула я, снова присаживаясь. Возвращаться я пока не планировала. Попугай подлетел ближе, устраиваясь рядом.
– Так это того стоило? – повторил он.
– Стоило, – решительно заявила я. – Не знаю, поймешь ли. Но все вокруг давило. А когда летаю, мысли в порядок приходят. А как ты узнал?
– Тоже не мог уснуть, – помолчав, признался он. – Я вообще не представляю, как попугаи спят. У меня никогда птичек не было.
– Обычно склоняют голову набок или прячут ее в крыле, – неуверенно произнесла я. Я тоже с птицами особо дела не имела. Но выдавать этого не собиралась.
– Точно? – в голосе Рейстлина послышалось сомнения. – А как определить, спят они или просто им головы свернули?
– Какой ты добрый, – осуждающе покачала головой, хотя почему-то хотелось рассмеяться. – И шутки у тебя такие же. Добрые. Чернокнижные.
– Какие есть.
Мы немного помолчали, наблюдая за угасающим солнцем. Первый день прожит, а вот что будет дальше? И как с этим дальше справиться?
Последний лучик коснулся нас, и я скосила глаза на своего соседа, почему-то желая узнать, как он отреагировал на это прощания солнца. Затем нас накрыла тень, и в тот же миг Рейстлина окутало серебристое сияние, которое стремительно разрасталось. В нем начинали поблескивать синие и желтые огоньки. А в следующее мгновение рядом со мной уже сидел… Тьма, неужели?
Я неверяще уставилась на мужчину. Темные волосы, знакомый взгляд, в котором все время клубится тьма, отдавал растерянностью. Как есть он, Рейстлин Кинстер. В человеческом обличье. Получается, что мое заклятье спало?
– Обалдеть, – прошептала я. Говорить громче я опасалась, словно могла спугнуть такое чудо. – Неужели?
Маг, судя по всему, разделял мои сомнения.
– Как-то слишком просто, – заметил он, оглядывая свои (вполне человеческие) ладони. – Непохоже на твои заклятья.
– А то ты прямо знаешь, что на меня похоже, а что нет, – фыркнула я, споря скорее по привычке, чем из желания спорить. Мне тоже с трудом верилось, что к Рейстлину так просто вернулся его настоящий облик.
– Я еще помню рога собственного брата, – скривился в знакомой усмешке Рейстлин. Нет, в его попугайном обличии определенно были положительные стороны. Например, я не могла видеть на его лице это снисходительное выражение, от которого рука так и тянулась благословить мага метлой.
– Ничего, свои собственные ты тоже долго помнить будешь, – фыркнула я, поглядывая куда-то в район его шевелюры. Под моим взглядом вид у Рейстлина стал крайне подозрительный, а руки потянулись к волосам.
– Нет здесь ничего, – как-то даже обиженно буркнул он, а я расхохоталась.
– Шутка! – не удержалась и показала ему язык. – На первый взгляд, в тебе ничего не изменилось.
– Кассандра! – прошипел чернокнижник. Честное слово, ему даже змеи могут позавидовать – так выразительно получается. – Это не смешно.
– Тебе – нет, – спокойно согласилась я. – А вообще странно, что вернулся человеческий облик. Ничего особенного вроде не произошло, неужели магия настолько слабая оказалась.
– Я о том же, – скривился маг и брезгливо стряхнул с пиджака невесть как оказавшееся на нем синее перо. – И если это заклятье спало, можно ли то же самое сказать о локальной привязке?
– Проверим? – азартно предложила я. – Я могу сейчас улететь, и…
– Нет, благодарю покорно, – фыркнул Рейстлин. – Мне вовсе не улыбается телепортироваться куда-нибудь в небо и кувыркнуться оттуда с высоты птичьего полета.
Хм… А ведь верно. О таком варианте я не подумала. Каким бы он ни был талантливым магом, вот только при свободном падении с такой высоты сориентироваться сможет один на миллион. И меньше всего мне потом нужен чернокнижник, который будет являться ко мне мрачным привидением и действовать на нервы. Ну уж нет, увольте меня от такого счастья.
-Ясно, – со вздохом опустилась я на крышу. – Пока уверенность в том, что заклятье снято не появится, далеко и высоко не улетаю. Рожденный ползать летать не должен.
– Это ты сейчас так замаскировано обозвала меня змеем? – хмыкнул Рейстлин, на удивление спокойно уставившись на свою ладонь и, судя по всему, изучая собственное магическое поле. Интересно, что он там может увидеть? Тьма, кстати, жалко мы не додумались провести эксперимент: сможет ли маг колдовать в обличье попугая. Хорошая мысль всегда приходит опосля, как это ни грустно признавать.
