Я промолчала, отводя взгляд. Он застегнул ремешок с клинком на плече, шагнул ко мне, присел рядом. Даже сейчас, когда он просто смотрел на меня, я почувствовала, как заалели щеки.
— Посмотри на меня, — попросил он. Эти просительные интонации в его голосе были опалового цвета, с нежными переливами, как на лунном камне. Совершенно несвойственный оттенок этому голосу и этому мужчине. Я повернула голову. — Ева… — начал он и замолчал. Поскрипывание снега под легкими шагами теперь услышала даже я. Линтар качнул головой. — Ничего не бойся, — негромко сказал он и встал, обернулся к Ао. — Благодарю за приют и исцеление, наставник.
Ао кивнул, остановившись на пороге.
— Я лишь проводник. Если есть, кому сделать выбор, я дам то, что вы просите.
Я недоуменно посмотрела на старца.
— Все что угодно? А если я попрошу одежду? И сапоги?
— Если это твой выбор, я дам их тебе, — снова склонил голову старец.
— Конечно, — оживилась я. — Если можно!
— Нет, — остановил Линтар и повернулся к Ао, — Это мой выбор. Я прошу одежду и обувь для девушки.
Ао величественно поднял руки, закрыл глаза, а потом… воздух слабо засветился, и возле моих ног появились сапоги, штаны и рубашка. Я не смогла сдержать изумленного вздоха. И поняла еще кое- что.
— Постойте! — воскликнула я, трогая ткань. — Вы созидающий! Но… это невозможно! Даже если у вас вместо крови сплошной эликсир жизни! И потом, ведь вы ничего не делаете…
— Кто-то рисует картины, — размеренно пояснил старик. — Кто-то лепит из глины. Я — мыслю.
— Но это невозможно! — снова воскликнула я.
— Для тебя — да. Потому что ты слишком часто произносишь слово «невозможно», — важно ответил Ао, а Линтар улыбнулся. Я хмыкнула, оценив высказывание. И развернула бархат рубашки.
— Спасибо. А что значит сделать выбор?
— Делая выбор, ты берешь на себя ответственность за все, что может произойти из-за сделанного шага.
— Что может произойти от того, что я оденусь? — странные высказывания старика были мне непонятны, а вот арманца они, кажется, не удивляли нисколько. В очередной раз я пожалела, что была невнимательна на занятиях. Тара как-то рассказывала о законе Равновесия, но, конечно, я, как всегда, витала в облаках.
— Твоя нога в этих сапогах может поскользнуться, и ты умрешь, разбившись на скалах, — обрадовал старик, а я выпустила обувь из рук. — Но так как ответственность за выбор взяла не ты, тебе ничего не грозит. Но поскользнуться и умереть ты все равно можешь!
— Бред какой-то, — пробурчала я, подбирая сапог и оглядываясь, куда бы спрятаться, чтобы одеться. И скользнула за занавеску, отделяющую угол лачуги. Штаны были узкие, как раз по фигуре, и рубашка моего размера, так что я снова поразилась дару старика. Хоть его рассуждения и были мне непонятны. Я прислушалась к тихим голосам
— Это большая честь для меня, наставник, — сказал Линтар. — Не думал, что доведется увидеться.
Я затаила дыхание. Значит, они знакомы? Старик молчал, продолжил арманец:
— Я нашел четыре предмета, как вы и сказали. И мне нужен пятый.
За занавеской воцарилась тишина, и я, помявшись, вышла.
Ао стоял, опустив голову, словно в глубокой задумчивости. Арманец смотрел спокойно, лишь в глубине глаз мерцал огонь нетерпения.
— Снова выбор, Линтар. Но ты ведь уже сделал его.
— Да, наставник.
— Тогда я не могу тебе отказать.
— Где искать пятый?
— Терпение — добродетель, которой ты никогда не отличался, — Ао повесил на крюк котелок и повел рукой, зажигая огонь. — Вам стоит отправиться к драконам.
— В Долину Драконов? — глаза Линтара полыхнули. — Ты хочешь сказать, что пятый артефакт всегда был по эту сторону Стены?
— Был он там, или нет, не важно, — меланхолично отозвался старик, кроша в закипающую воду сухую траву. — Сейчас он там. То, что мы ищем, порой оказывается совсем рядом… Вам пора, — не оборачиваясь бросил он, уже откровенно намекая, чтобы мы покинули его жилище.
Арманец кивнул понимающе, осмотрел меня и накинул на мои плечи плащ.
— Спасибо, Ринос, — поблагодарил он, но странный Ао даже не обернулся.
Мы вышли, и я прикрыла глаза, ослепленная солнечным светом, отраженным от снега. Некоторое время мы шли молча, погруженные в свои мысли. В новой одежде мне было тепло и удобно — гораздо лучше, чем в шелковом платье.
— Значит, вы с Ао знакомы? — не глядя на арманца, спросила я.
— Да. В каком-то смысле его можно назвать моим учителем.
— Наверное, ты был не самым любимым его учеником, — усмехнулась я. — Что-то не заметила, чтобы арманец бросился тебя спасать при встрече.
— Ао лишь проводник, — рассеянно ответил Линтар, осматривая заснеженный пейзаж. — Когда я нашел его, он умирал от голода, но не мог сделать для себя хлеб. Он может сотворить все, что угодно — роскошный дворец и самые изысканные кушанья, но живет в лачуге, которую я построил, и питается корешками и травами.
— Но почему? — изумилась я. — Разве это не… глупо?
