— Девятнадцать лет назад, оборотень, мы заключили сделку. Жизнь твоей матери в обмен на долг. А сегодня я пришел забрать то, что принадлежит мне по праву — твою дочь.***Я влюбилась в того, кто имел на меня права с момента моего рождения. Но я не собираюсь становиться игрушкой в его руках. Посмотрим, кто на самом деле будет кем владеть, демон!
Ксюша оторопело смотрела на самый большой секрет ее жизни. Секрет невероятно обаятельный, с пронзительным взглядом ярко-голубых глаз, резкими чертами лица и покровительственной ухмылкой властелина мира.
— Ты что тут делаешь?! — воскликнула она удивленно.
Застыв на пороге, гадала, как Балаам оказался в гостиной родного дома, окруженный ее близкими. И, главное, зачем он пришел?!
— Вы знакомы? — отец девушки гневно перевел взгляд с визитера на нее.
— Да, — она коротко ответила.
А гостю показалось этого недостаточно, он подошел к Ксении и собственническим жестом скользнул ладонью по тонкой талии:
— Знакомы, — его тон красноречиво говорил о степени близости знакомства, как и последующий поцелуй в висок. Казалось, гость не слышал утробного рычания и не видел первой дрожи обращения приблизившегося к нему оборотня, продолжал ласкать обнаженную кожу живота и спины пальцами.
— Не нужно, — вспыхнув, Ксюша повела плечом, освобождаясь от объятий. — Папуль, пожалуйста, — сделала шаг навстречу, невольно закрывая Балаама собой.
— Что «пожалуйста»? — облик мужчины терял человеческие очертания, демонстрируя оскалившуюся волчью морду. — Как ты, демон, посмел прикоснуться к моей дочери?!
— Посмел и посмею еще много раз, — ответил тот с вызовом.
— Папуль, — в отчаянии Ксюша положила ладони отцу на раздавшуюся от трансформации грудь. — Папуль, это недоразумение.
— Меня еще никогда не называли "недоразумение", — упорствовал незваный гость.
— Не злись, пожалуйста. Я не знаю, что Балаам сказал… — с именем демона из груди оборотня вырвался угрожающий рык.
— Я лишь напомнил твоему отцу о долге.
— Заткнись! — рявкнул оборотень. — Если бы не моя дочь…
— До чего же банально, волк. Угрозы… — от крохотного зрачка поползла лава, заполняя голубую радужку. — Думаешь, меня напугать ими? — по венам демона словно полилось расплавленное железо, покрывая открытые участки тела угловатыми рисунками. Линии выползи из-за ворота белоснежной рубашки, поднялись по шее и резким скулами исчезли в иссиня-черных волосах, чтобы тут же проявиться в виде изогнутых рогов, полыхавших пламенем. — Девятнадцать лет и двести тридцать семь дней назад, оборотень, мы заключили с тобой сделку. Жизнь твоей матери в обмен на долг. Сегодня я пришел забрать свою плату — твою дочь.
— М-м-м, — склонившись к тарелке, Балаам втянул аромат жареного мяса. Поерзав на стуле, он, вычурно подхватив салфетку со стола, крутанул ее в руках, постелил на колени и схватился за столовые приборы.
Вилка мягко вошла в стейк средней прожарки, а нож расчертил волокна телятины, истекавшей розоватым соком. Еще несколько выверенных движений столовыми приборами, и на тарелке ровные квадраты.
Демон подцепил первый кусок, положил его в рот, неторопливо разжевывал, наслаждаясь вкусом.
— Ваше вино, — официант наполнил бокал.
— Да-да, — Балаам кивнул, нетерпеливо махнув ножом, прося отойти от стола и не мешать трапезе. Осмотрел второй кусочек мяса, отмечая идеальность приготовления, но демона вновь прервали.
— Комплемент от шеф-повара, — на белоснежную скатерть опустилась плоское блюдо с крохотной кучкой разноцветных овощей в центре.
— Исчезни, — рыкнул, не поднимая головы.
Балаам вновь поднес кусок горячей телятины ко рту, но почувствовал в груди жжение, словно он проглотил горящий уголь или горсть гвоздей. Опустил вилку и обвел внимательным взглядом затемненный зал ресторана. Никто из посетителей не вызывал у демона подозрений, присутствующие были заняты друг другом или же содержимом своих тарелок.
Жжение повторилось, более ощутимое и продолжительное.
Сейчас демону точно и не вспомнить, когда он чувствовал тянущую силу чьего-то призыва в последний раз.
Стул со скрежетом отъехал по каменному полу, привлекая внимание не только обслуживающего персонала.
— Не убирайте, я вернусь, — бросил скомканную салфетку на стол. — Не убирайте, — повторил вкрадчиво и плавно поднялся из-за стола.
Жжение усиливалось с каждой секундой. Оно не просто приносило дискомфорт, а тянуло вверх, словно острым крюком, воткнутым в грудину.
Размашистым шагом Балаам пересек зал, свернул в узкий коридор ведущий к туалету, ввалился в пустующее хозяйственное помещение, позволяя призывающему протащить себя сквозь Мир неупокоенных духов. Мир, где застряли души, не угодные ни Аду, ни Раю, обреченные скитаться в пустоте, натыкаясь друг на друга, сталкиваясь в бесполезных схватках.
Вытянутые туманные силуэты отращивали руки-щупальца, цеплялись за лацканы и манжеты белоснежной рубашки, пытаясь покинуть пустоту вместе с демоном, но тщетно.
Наконец жжение утихло, Балаама выплюнуло в душное помещение. На стенах гобелены, под ногами каменный пол и умело начерченный круг призыва. Демон потянул воздух, отмечая странную смесь: сладкий флер вампира, смрадная кровь оборотня и жженое дерево.
“Интересная компания, — отметил он мысленно. — Не часто вампир объединяется с оборотнем”.
