Тот, кто сидит за рулём, даже бровью не ведёт. Он явно меня ждал!
Я почти беззвучно покидаю спальню и внимательно прислушиваюсь, приблизившись к лестнице. Руслан должен быть на кухне. Ушел готовить для нас кофе, который я не собираюсь пить.
Прижав к себе сумку, быстро спускаюсь вниз и пересекаю гостиную.
— Милый, я уже опаздываю! — кричу уже от самой двери. — Кофе выпью на работе.
Тотчас из кухни появляется муж, и я до боли в рёбрах прижимаю к себе сумку. Контейнер для линз лежит на самом дне, но мне кажется, что Руслан сейчас поймёт, что именно я спрятала в сумке.
— Куда ты так торопишься? — интересуется он, подходя ко мне. — Ещё только семь утра.
— У меня же куча дел из-за нашего отъезда, помнишь? — стараюсь говорить невозмутимо и, встав на цыпочки, быстро чмокаю мужа в гладко выбритую щёку. — Нужно серьёзно подумать о том, кого оставлю вместо себя. Решить вопросы с поставщиками, рекламщиками. Заняться установкой дополнительных камер…
Нервно переступаю с ноги на ногу и, наконец, хватаюсь за дверную ручку.
Мне не терпится уйти. Особенно после целого дня, проведённого рядом с мужем. Ведь вчера у Руслана случился выходной, и он попросту не отпустил меня на работу. Весь день пытался быть образцовым супругом… Днём мы походили по бутикам, а вечером он устроил для нас романтическое свидание в ресторане.
Однако за маской романтика скрывается монстр, и теперь я вижу мужа насквозь. Пустить пыль мне в глаза у него уже не получится…
— До вечера, — мягко улыбнувшись, открываю дверь.
Муж смотрит на меня так, словно пытается влезть ко мне в голову. Я чувствую его недоверие и остро ощущаю тяжёлый взгляд карих глаз на спине, когда иду к машине.
Сев за руль, заставляю себя ещё раз улыбнуться и помахать Руслану рукой. Он не машет в ответ, а лишь кивает головой и провожает мою машину взглядом.
Выезжаю со двора и, преодолев первую сотню метров, делаю судорожный вдох. Оказывается, я почти не дышала, находясь рядом с ним. Боялась, что сейчас он остановит меня и вновь запрёт дома. И останется сам, чтобы сторожить свою ценную реликвию.
Или заставит показать ему содержимое сумки, заметив, как я нервно прижимаю её к себе.
Вика Куприна не умеет врать! Она слабачка! Напуганная, управляемая… Наверное, только рядом с Яном я смогу вновь стать Соколовой!
С тоской думаю о том, что вчера, возможно, он приходил в салон. Или дожидался меня рядом. Хотя наверняка сразу заметил, что моей машины там нет, и тут же уехал. И теперь я не знаю, вернётся ли…
Получится ли у меня осуществить то, что должна сделать? И не струшу ли в последний момент?
Гоню так быстро, словно от этого зависит моя жизнь. Добираюсь до работы за рекордные пятнадцать минут и, открыв салон, прохожу в кабинет. Сажусь за стол, достаю из сумки складное зеркало и контейнеры. Без промедления извлекаю линзы из глаз и кладу их в раствор. И, часто моргая, смотрю на своё отражение.
Нет, это всё ещё не Соколова. Но так у Яна будет больше шансов узнать её! А у меня будет шанс, что он поверит в эту странную историю, которая называется моей жизнью.
Чуть позже приходит администратор Ира, и мы пьём вместе кофе. Именно она вчера выдала зарплату Маше и проследила за тем, чтобы та не устраивала сцен. Именно Иру я смогу оставить вместо себя управлять салоном в случае провала моего плана.
Да, я допускаю все варианты, даже тот, о котором мне больно думать…
Ян не узнаёт меня, не верит мне, и ему плевать на Вику Куприну. И я уезжаю с мужем в Швейцарию, потому что у меня нет выбора. Тогда моя жизнь определённо превратится в ещё больший ад. Но, по крайней мере, я сделаю всё, что могу. А ещё — дорогие мне люди никак не пострадают.
— Сегодня ты выглядишь естественнее, — задумчиво произносит Ира, вырывая меня из мрачных размышлений.
— Естественнее? — переспрашиваю, ставя чашку на стол.
— Ну да, — девушка пожимает плечами. — Эти ужасные линзы… Прости! Может, сейчас и модно всё ненатуральное, но настоящий цвет твоих глаз совершенно потрясающий! Странно было видеть тебя в зелёных линзах.
— Это подарок мужа, — сухо бросаю я, вновь взяв чашку в руки. — Руслану кажется, что зелёный мне больше идёт.
— Но в них ты — это не ты, — не соглашается девушка. — Цвет глаз меняет тебя почти до неузнаваемости.
— Правда? — говорю я взволнованно.
— Да, — она живо кивает и смеётся: — Словно муж хочет тебя спрятать!
Только вот мне совсем не весело. Что то есть в её словах. Что-то близкое к истине.
Что, если Руслан и правда прячет меня? Только вот от кого? От отца, который узнает меня по глазам? Или всё-таки от кого-то другого?
От мыслей, которые скачут наперегонки друг с другом, начинает болеть голова. Я решаю пока забыть обо всём и сосредоточиться на главном.
— Меня вчера кто-нибудь спрашивал? — словно между прочим интересуюсь у Иры, когда мы допиваем кофе, и она собирается покинуть мой кабинет.
Девушка замирает возле двери, задумавшись. После чего качает головой и говорит уверенно:
— Нет, никто не спрашивал.
Мои плечи опускаются, и, натянуто улыбнувшись, я отправляю Иру работать.
