Через минуту я тоже выхожу из тачки, перебегаю дорогу и сажусь в свою. Пожалуй, пора вновь навестить старых друзей…
Я вновь надеваю ненавистные линзы, а потом тщательно маскирую тональным кремом мелкие царапины, оставленные колючей небритостью Яна. Крем одолжила у Иры, потому что в моей косметичке ничего подобного теперь не водится. Моё лицо слишком идеальное и не нуждается в подобной маскировке.
После внимательного разглядывания себя в зеркале остаюсь недовольна. Ирин крем не подходит мне по тону, и я отчётливо вижу его на своей коже. Что, если и Руслан увидит? Однако времени возиться больше нет, потому что стрелки часов неумолимо приближаются к восьми вечера.
Закрываю салон, потому что, как и всегда, ухожу последней. Когда выезжаю на дорогу, звонит мой телефон, и я точно знаю, что это Руслан.
— Алло… — отвечаю на вызов дрогнувшим голосом, но тут же беру себя в руки. — Да, милый? Я уже еду домой.
— Отлично, а я уже грею ужин, — с мнимым радушием отзывается муж. — Надеюсь, сегодня ты не попадёшь в пробку, — добавляет, уже не скрывая сарказма.
Я громко сглатываю, с трудом проталкивая ком в горле, и произношу бесцветным голосом:
— Дорога свободная, буду через двадцать минут.
Сбрасываю вызов и швыряю телефон в сумку.
Не могу больше спокойно говорить с ним! Мне не терпится сказать ему о том, как сильно я его ненавижу! И как сильно хочу послать его куда подальше. Бунтарка Вика Соколова завладела мной полностью. Ян её разбудил. И я ему за это очень благодарна, потому что Куприна рядом с Русланом просто не выживет.
Стараюсь не думать о своём воскресшем парне. И не вспоминать того, что было сегодня в этой машине. Потому что мои щёки тут же вспыхивают, глаза затягивает мечтательной поволокой, а на губах расцветает счастливая улыбка. Это сильно контрастирует с моим привычным состоянием, поэтому муж быстро догадается, что в моей жизни что-то происходит. И так как он привык контролировать каждый мой шаг, наверняка вновь запрёт дома. Этого допустить я никак не могу. Наверное, просто с ума сойду, если долго не увижу Яна.
Он любит меня! Всё ещё любит… Так же, как и я его. В моей жизни, наконец, появился смысл. И шанс быть счастливой.
И я готова драться за этот шанс.
Припарковавшись, подхватываю сумку и покидаю машину. Пока медленно иду ко входу, натягиваю на лицо привычную маску отстранённости. Войдя в дом, прямиком направляюсь в столовую. Руслан сидит за накрытым к ужину столом. В его руке бокал с янтарной жидкостью. Виски! Это очень нехорошо…
Мягко улыбнувшись мужу, прохожу к раковине, мою руки и тщательно вытираю их бумажным полотенцем. Швыряю его в мусорную корзину и прежде, чем сесть за стол, подхожу к Руслану. Склонившись, невесомо целую его в щёку и тут же отступаю.
— Мы вновь что-то празднуем? — бросаю настороженный взгляд на бокал в его руке.
— Нет, — он отставляет свой напиток в сторону и устало потирает переносицу. — Я просто пытаюсь расслабиться…
— Устал? Много работы?
Изо всех сил стараюсь выказать интерес, но яд скрипит на моих зубах, потому что лицемеркой я никогда не была.
— Да, немного, — отзывается муж, приступая к ужину. — Хочу побыстрее оказаться в спальне.
Я беру вилку, цепляю лист салата и подношу его ко рту…
— Ты должна помочь мне расслабиться, Вик! — заявляет Руслан, подмигивая.
По позвоночнику ползёт холодок. Теперь я замечаю во взгляде мужа пьяный блеск. Это не первый и даже не второй стакан виски за сегодняшний вечер. Его масленый взгляд шарит по моему лицу и шее, опускается к груди…
Положив лист салата в рот, заставляю себя жевать. И тщательно и неторопливо жую в течение всего ужина, растягивая время и внутренне содрогаясь под испепеляющим взглядом мужа.
Я не хочу помогать ему расслабляться. Не могу больше спать с ним. Все его прикосновения вызывают во мне лишь брезгливость. Особенно теперь, после того, как я была в объятьях любимого.
— Пойдём, Вик, — Руслан первым встаёт из-за стола и протягивает ко мне руки. — Не могу больше ждать. Ты же знаешь, какая ты красивая? И как действуешь на меня?
Я поднимаюсь, и мужчина накрывает мои поникшие плечи ладонями. Проводит ими вниз до локтей и вновь поднимается вверх, к шее. Одной рукой сжимает её и притягивает моё лицо вплотную к своему. Его влажный напористый поцелуй настолько омерзительный, что мне хочется оттолкнуть Руслана. Но я терплю, крепко зажмурившись.
Пока он держит меня за горло одной рукой, второй задирает подол юбки. Пальцы яростно сжимают кожу на бёдрах, наверняка оставляя синие отметины.
Конечно… Ведь моё тело — это не моё лицо. Его можно не жалеть. Можно наносить ему увечья…
На ватных ногах двигаюсь за мужем, который ведёт меня в спальню, крепко держа за руку.
Мне нужен какой-то план… Если придётся переспать с ним сегодня, я, наверное, умру. Нет! Теперь моё тело принадлежит Яну. Я больше не могу отдавать его ненавистному мужчине.
