— Я могу все объяснить, — начал мерзавец, в то время как Штерн, ослепший от слез, ярости и боли, похромал к камере, схватил штатив и, как бейсбольной битой, ударил им по челюсти старика. Мужчина повалился назад и при падении задел музыкальную установку, которая рухнула на пол. Музыка Верди прервалась в тот самый момент, когда Штерн подскочил к кровати, схватил Симона за голову и проделал отверстие в пакете.
Потом ему захотелось кричать. От бесконечного облегчения. Он сделал все неправильно, но все-таки не проиграл. По крайней мере, что касается Симона. Ребенок закашлялся, как тонущий человек, которого только что вытащили из воды, и никак не мог успокоиться. Для Штерна эти свистящие звуки, с которыми Симон втягивал воздух в легкие, были красивее любой симфонии.
— Мне так жаль, мне так жаль, — забормотал Штерн и притянул к себе мальчика, который теперь сидел на кровати, полностью освободил Симона от пластикового пакета и обхватил его голову руками, как нечто ценное, стараясь не прижимать его к своей испачканной кровью и грязью груди.
— Все… все хорошо. — Симон судорожно глотнул воздух и со свистом выдохнул. Потом с трудом перевел дух и шмыгнул носом. Штерн немного отстранился от него. К счастью, газовое облако пока оставалось в коридоре. Но он боялся, что одних лишь частиц, осевших на его волосах, достаточно, чтобы усугубить состояние Симона.
— Сматхх рхии, — хрипел мальчик, у которого оказалось достаточно сил, чтобы сидеть, тогда как Штерну больше всего хотелось прилечь и заснуть. Когда Симон повторил непонятные звуки, Штерн наконец догадался.
Смотри!
Штерн обернулся как раз вовремя: мужчина с разбитым лицом пытался выскользнуть за дверь.
— Стоять! — рявкнул Штерн и снова схватился за штатив, камера с которого давно слетела. На этот раз он ударил мужчину по голени. Тот согнулся, повалился на пол и, рыча от боли, остался лежать прямо на пороге. — Не сметь двигаться ни на сантиметр! Иначе я убью тебя, как твою придурочную жену.
Штерн наклонился над извращенцем, который как раз захлебнулся собственным криком. Показал ему скальпель, который схватил с журнального столика, и стал соображать, как поступить дальше. Больше всего Штерн хотел всадить ему в голую ступню острие штатива или загнать под ногти лезвие ножа. Но Роберт не мог так поступить при Симоне. Мальчик видел уже достаточно жестокости, и даже хуже: ему пришлось самому с ней столкнуться. Из-за него Симону потребуется психологическая помощь.
— Послушайте, мы можем все уладить, — заныл мужчина. Он лежал, свернувшись клубком, перед Штерном, и его недавно приятное выражение лица полностью изменилось, и не только по причине съехавшего зубного протеза. — У меня есть деньги. Ваши деньги. Как договаривались.
— Заткнись. Мне не нужны деньги.
— Что же? Тогда зачем вы пришли?
— Симон, отвернись, пожалуйста, — сказал Штерн, поднимая штатив.
Мужчина подтянул колени до самого подбородка и, защищаясь, закрыл руками окровавленную голову.
— Нет, пожалуйста, не надо, — взмолился он. — Я сделаю все, что вы хотите. Пожалуйста.
Штерн заставил его еще некоторое время дрожать в ожидании следующего удара, потом спросил:
— Где сотовый телефон?
— Что?
— Твой чертов телефон? Где он?
— Там. — Мужчина указал на домашний халат перед кроватью.
Штерн сделал шаг назад и поднял его.
— В боковом кармане. Справа.
Штерн с трудом мог разобрать хныканье педофила. Наконец он нашел телефон и протянул мужчине, лежащему у его ног.
— Что я должен сделать?
— Позвони ему.
— Кому?
— Твоему контактному лицу. С кем ты разговаривал в гостиной. Давай. Я хочу поговорить с ним.
— Нет, не получится.
— Почему?
— Потому что у меня нет его номера. Ни у кого нет номера Торговца. — Мужчина произнес последнее слово как имя, а не обозначение деятельности. Даже в такой плачевной ситуации безумец трепетал перед могущественным кукловодом всей этой тусовки.
— Как ты тогда связываешься с ним?
— По электронной почте. Мы пишем ему, а он перезванивает. Так было и в вашем случае. Тина… — он с трудом перевел дыхание, — еще в машине отправила ваше имя и номер паспорта по телефону. А он нам позвонил.
Тина! Умирающее чудовище внизу лестницы обрело имя.
— Хорошо, тогда дай мне электронный адрес.
— В телефоне.
— Где? — Каждый раз, когда Штерн нажимал на какую-нибудь кнопку, раздавался пикающий сигнал. Штерну была знакома эта модель, сам когда-то пользовался таким же, поэтому он знал, как работает телефон.
Штерн легко нашел и открыл адресную книгу, не спуская глаз с мужчины на полу.
— Под именем «Бамбино», но это вам ничего не даст.
— Почему? — Штерн даже не стал пытаться запомнить сложный адрес: gulliverqyx@23.gzquod.eu. Он все равно заберет телефон.
— Потому что он меняет адрес после каждого запроса. Этот уже не существует.
— А что ты будешь делать в следующий раз?
— Этого я сказать не могу.
— Почему?
— Иначе они меня убьют.
— А что, ты думаешь, я собираюсь сделать? Немедленно говори, как ты получаешь новый электронный адрес, или я изобью тебя и спущу вниз по лестнице к жене.
