– Вы были за сто километров от этого намерения. Вам необходимо было как раз совершенно противоположное – чтобы маньяк продолжал убивать.
Паркер вскочил, словно вдруг обнаружил в кресле кобру.
– Теперь я уверен. Вы буйно помешанный, и вас надо поместить в одну камеру с тем, другим.
Фрэнк жестом предложил ему сесть.
– Ваша словесная акробатика похожа на попытку мыши выбраться из бутыли. Бесполезной попыткой. Вы еще не поняли, Паркер? Вы еще не поняли, что мне известно про вас все. И про капитана Мосса, по которому никто не прольет слез.
– Вам известно все? Все о чем?!
– Если соблаговолите не перебивать меня, то узнаете раньше, чем один сядете в свой самолет. Чтобы вам все было понятно, вернемся назад, к моей истории. Из двух наркоторговцев, о которых я говорил, один, Джефф Ларкин, был при захвате убит в перестрелке. Мир праху его. Другой, Осмонд, сидит в тюрьме. Расследуя дело этих двух джентльменов, ФБР начало подозревать, что с ними сотрудничает кое-кто наверху, кого, несмотря на все усилия, пока еще не удалось выявить…
Лицо Натана Паркера превратилось в каменную маску. Сощурившись, он опустился в кожаное кресло и, положив ногу на ногу, ждал. Это уже не напоминало драку двух петухов в курятнике. Настал момент, когда Фрэнк выкладывал одну за другой свои карты, а генерал пока что, похоже, с интересом рассматривал их.
Фрэнку не терпелось превратить это любопытство в осознание поражения.
– Когда Осмонд оказался в тюрьме, единственным его связным с внешним миром служил адвокат. Малоизвестный нью-йоркский юрист – появился откуда ни возьмись, специально, чтобы замутить воду. Возникло подозрение, что этот адвокат, некий Гудзон Маккормик, был не только защитником. Нетрудно было предположить, что благодаря адвокату поддерживался контакт с внешним миром, в котором тюрьма отказывала своему клиенту. Мой коллега по ФБР, тот, с кем мы вместе вели расследование по делу Ларкиных, прислал мне по электронной почте фотографию Маккормика, и надо же, какое совпадение – Маккормик направился именно сюда, в Монте-Карло. Каких только странностей не бывает в жизни, не так ли? Официальная версия – прибыл для участия в регате, но мы-то с вами хорошо знаем, что за официальными поводами нередко скрываются куда более важные неофициальные дела…
Генерал поднял брови.
– Будьте так любезны, объясните мне, какое я имею отношение ко всей этой истории про охранников и воров?
Фрэнк наклонился к столику и достал из желтого конверта фотографию, присланную Купером, – ту, что была сделана в кафе.
Он подтолкнул снимок через стол к Паркеру.
Этот жест напомнил ему ту ночь, когда был арестован Мосс и он показывал ему фотографию трупа Роби Стриккера.
– Представляю вам несчастного Гудзона Маккормика, адвоката Осмонда Ларкина и последнюю жертву Жан-Лу Вердье, серийного убийцы, более известного под именем Никто.
Старик рассеянно взглянул на снимок и тотчас поднял на Фрэнка глаза.
– Я знаком с ним лишь по фотографиям в газетах. Раньше я даже не слышал о его существовании.
– В самом деле? Странно, генерал. Видите этого человека, который сидит спиной за столом с Гудзоном Маккормиком? Лица его не видно. Но в помещении полно зеркал…
Фрэнк заговорил другим тоном, словно размышляя о чем-то своем.
– Вы даже не представляете, какое огромное значение имели зеркала во всей этой истории… У зеркал отвратительная привычка отражать все, что находится перед ними.
– Я знаю, что такое зеркало. Всякий раз, когда оно оказывается передо мной, я вижу в нем человека, который превратит вас в горстку пепла.
Фрэнк снисходительно улыбнулся.
– Неплохая острота, генерал. Чего не скажешь о ваших так называемых стратегических способностях и о подборе кадров. Как я уже говорил, в помещении, где был сделан этот снимок, много зеркал. С помощью одного очень, просто очень толкового парня, мне удалось установить личность человека, сидящего с Гудзоном Маккормиком за этим столом. И смотрите-ка, кто это оказался…
Фрэнк достал из конверта другой снимок, и не взглянув на него, бросил на столик. На этот раз Паркер взял фотографию и долго рассматривал.
– Нельзя сказать, что капитан Райан Мосс был очень фотогеничен. Но вам он служил ведь не фотомоделью, не так ли, Паркер? Вам он был нужен тем, кем и был: своего рода психопат, преданный до фанатизма, готовый убить любого по мановению вашей руки.
Фрэнк доверительно склонился к Натану Паркеру. В голосе его послышалась ирония, и отнюдь не случайная.
– Генерал, судя по недоверию на вашем лице, вы собираетесь отрицать, что на этом снимке рядом с Гудзоном Маккормиком сидит Райан Мосс?
– Нет, я вовсе не отрицаю. Это действительно капитан Райан Мосс. Это означает только, что он был знаком с адвокатом, и больше ничего. А я тут при чем?
– Мы еще подойдем к этому, генерал, подойдем…
Теперь на часы посмотрел Фрэнк. Не отводя их подальше от глаз, в отличие от Паркера.
