- У тебя очередной приступ нелюбви к жизни? – Макар внимательно оглядел его и нагло вперился прямо Илье в глаза. – Или ты решил соблазнить меня твоими восхитительными кривыми волосатыми ногами, твоей шикарной грудью второго размера и твоим сексуальным брюхом?
Илья задумчиво поскреб подбородок.
- А ты против? флегматично поинтересовался он.
- Я за просто так не отдаюсь! – гордо вздернул нос Макар.
- А за блинчики? – томно промурлыкал Илья.
Макар приблизился к нему.
- А если я соглашусь? – злорадно спросил он.
- Чур меня! – Илья отстранился. – Ладно, ушел я. Буду футбол смотреть. Будешь заканчивать - свистни, чтобы я блинчики напек.
- Посвистуна нашел, - буркнул Макар и вздохнул. – Нет, такое ощущение, что ты специально свое стойло к моему приходу загаживаешь. Смотри не поседей за то время, пока я твои Авгиевы конюшни чищу.
- Работай, работай, мой маленький, но неубиваемый друг, - небрежно помахал рукой Илья и величественно удалился. Макар грозно нахмурился, а потом злорадно ухмыльнулся.
Макар свистнул, когда закончил уборку. Тихонько подкравшись к увлеченному матчем Ильей, заложив два пальца в рот, оглушительно и прямо в ухо. Оказывается, Илья обладал весьма обширным словарем виндиктивной лексики и продвинутыми комбинаторными способностями. Макар, спрятавшийся от гнева в ванной комнате, похихикивал, слушая очередную тираду.
- Юпитер, ты сердишься, - он приоткрыл наконец дверь и высунул из образовавшейся щели свою голову, – а значит… И вообще. Что за претензии? Уточнять надо, как именно свистеть, - невинно сказал Макар, довольно улыбаясь.
- Сейчас я тебя выставлю нахрен, Меркурий хренов, и сам сожру все блинчики, - угрожающе произнес Илья.
Макар грустно осмотрел его фигуру.
- Да, в тебя мой недельный рацион влезет, еще и на пирожное место останется, - печально признал он. – Окей, договорились. В следующий раз буду художественно высвистывать меццо-пиано три зеленых свистка желтого цвета.
- Вот так, - сурово произнес Илья, величественно кивнул головой, поддернул боксеры и пошлепал на кухню. – На мотив пятого каприза Паганини. Метнись в магазин за конфитюрами, посвистун, а я пока тесто разведу.
- Побегуна нашел, - буркнул Макар, но побрел натягивать кеды.
Блинчики были вкусными, а с конфитюрами, чаем и легкомысленно-задушевной беседой – вдвойне. Макар, однако, только что не ерзал от нетерпения, так ему хотелось наконец получить достойный повод для маленькой диверсии. И он его получил. После обсуждения очередного ЧП Илья пренебрежительно сказал:
- Чего ты буйствуешь, Самсонов? В реальной жизни катастрофы случаются зело редко на сто тыщ душ населения. Это же не твоя жизнь, в которую ты эти катастрофы с хомячьим рвением приволакиваешь.
Макар обиженно засопел, но остатки стыда не позволяли ему огрызнуться.
- Кстати, как поживает твоя жизнь? – с интересом посмотрел на него Илья. Макар засопел еще усердней и буркнул:
- Сволочит.
- И что бы это значило?
- Что значило, что значило. Нет, ты представь: этот придурок Ясинский только что чуть ли не в вечной любви признаться готов был, а тут на тебе, уже тягается по разным злачным местам и вообще ведет себя неподобающе.
Макар обиженно выпятил нижнюю губу и потянулся за предпоследним блинчиком.
- И с кем он ведет себя неподобающе? – вежливо поинтересовался Илья. Макар вцепился в него испытующим взглядом; на его счастье, Илья смотрел строго перед собой и совершенно не обращал внимания на Макара.
- А я знаю? – хмуро поинтересовался Макар. – Но блин, эсэмэсочки, звоночки, чмоки-чмоки… Тьфу, - пренебрежительно сплюнул он. – Никакой верности в человеке!
Илья тут же повернул к нему голову.
- Уж чья бы корова мычала, Самсонов, - раздраженно протянул он.
- Да он по жизни кобелем был! – возмутился Макар. – Весь первый курс кобелил направо и налево! Только что по девкам был, не по парням, а так только успевай юбки оправлять!
Илья повернулся ко столу и задумчиво снял последний блинчик с тарелки. Намазав конфитюром и торжественно свернув из него рулончик, он отправил его в рот.
- Ой беда-беда-огорчение, - наконец изрек он.
- Хотя вообще их можно понять, - задумчиво изрек Макар. – Он же, стервец, красивый, и если сильно постарается, еще и за умного сойдет.
Илья угрожающе посмотрел на него, скрипнул зубами, но промолчал.
- Хотя старается больно редко, - печально признал Макар и посмотрел на Илью грустными глазами страдающего запором бассета. – Больше за него стараются. Ну или за возможность подержаться за… – Макар замялся, - руль. Да, именно руль.
Илья с шумом втянул воздух.
- Заткнулся бы ты, рыжий, - процедил он и резко встал. Макар удовлетворенно посмотрел на него.
- Что, тоже подержаться хочется? – ехидно выдал он.
Илья резко развернулся к нему и нагнулся.
- Собрал свои манатки и пошел домой. Быстро, хорек хренов! – прошипел он. Макар довольно заблестел глазами и осторожно отодвинулся от него.
- Он действительно кобелил по полной программе, - произнес он нисколько не виновато. – Но кажется, исправился.
