Травмы прошлого мешают жить. Но иногда они решаются тогда, когда не ждешь.
Утро второго дня Аниного отдыха обозначилось темно-синим цветом. Проснувшись от шума, она выглянула в окно отеля и вздрогнула – пейзаж был омрачен толпой галдящих полицейских. За их спинами, у самых вод своенравной Мзымты, несущейся вдоль современной каменной набережной с кованым ограждением, лежало тело, накрытое белой простыней. Непокрытыми были лишь ноги в черных мужских ботинках.
Плеснув на лицо холодной водой из крана, Анна отправилась на завтрак. Там она наверняка услышит какие-то подробности. Но в ресторане в семь тридцать утра было лишь несколько отдыхающих, поэтому завтрак прошел даже в большей тишине, чем обычно. Зато на выходе уже стояли двое полицейских с блокнотами и что-то записывали, опрашивая выходящих людей.
Анна ответила на вопросы фразами, заготовленными во время неспешного завтрака: «Не знаю», «не слышала», «видела пару раз», «пришла в номер в 21 час, уснула к 23-м». А краем уха внимала, как полная блондинка с завивкой на коротких волосах, похожая на удивленного барашка, низким, проникновенным голосом рассказывала, что немногим после полуночи слышала звуки ссоры на мостике над местом трагедии. «Два голоса слышала, но мужские или женские, я не уверена – они приглушенные были… Один все повторял – “мне это надоело”, да “сколько можно”. А второй, что, мол, у каждого есть недостатки.»
* * *
В Сочи она прилетела вчера после полуночи. Темнота не помешала ощутить близость моря. Ощущались и нависающие где-то совсем рядом горы, которых не было видно. Она ждала трансфер и вдыхала жаркий воздух, наслаждаясь шелестом невидимых пальм. В Домодедово перед посадкой Анна сняла куртку с надеждой, что по возвращении необходимости в ней уже не будет. В мае температура воздуха может удивлять и радовать каждый день. Ожидался небольшой, но приятный отдых после затянувшейся зимы.
Все три дня ей хотелось провести в тишине, наслаждаясь горным воздухом и созерцанием снежных вершин, сидя у берега Мзымты, проносящейся прямо под окнами отеля.
Проспав почти до полудня и пропустив завтрак, Анна ничуть не расстроилась – со стола манила клубника и шоколадные конфеты, красиво выложенные на деревянном подносе в качестве угощения для почетного гостя, ведь она прилетела по приглашению на официальное открытие туристического сезона. Вечером был запланирован фуршет на крыше отеля с розыгрышами призов.
Рядом с угощением стоял и бумажный подарочный пакет. Внутри – фирменный ежедневник отеля и билеты на подъемник и на родельбан. «Ни за что!» – сразу решила про себя Анна, до жути боявшаяся высоты (авиаперелеты не в счет), и засунула билеты в карман.
Прогулявшись по территории, она отправилась в кафе. Тут то и произошла встреча с прошлым.
В ожидание грибного крем-супа и креветок на углях, Анна перевела взгляд с реки на соседние столики. Свободных мест почти не было, люди жаждали отобедать. За столом напротив спиной к ней сидела пожилая пара, мужчина и женщина. Их стулья были максимально отодвинуты один от другого. На то, что пара знакома между собой, указывали лишь быстрые и едва заметные повороты головы в сторону друг друга, и отрывистые звуки разговора.
«Зачем люди отправляются на отдых вместе, если у них неприязненные отношения?» – лениво подумала Аня. Она хотела уже отвлечься на поданный ей суп, но тут ее взгляд упал на ноги мужчины. Правым ботинком он то постукивал, то пошаркивал по деревянному полу кафе. Когда пара встала и пошла мимо неё к выходу, она поняла, что не ошиблась. Это был он, Борис Маркович. Женщину она также узнала – его супруга, красящаяся волосы в тот же огненно рыжий цвет, как и много лет назад.
* * *
С раннего детства Аня мечтала научиться играть на фортепиано. Долго упрашивала родителей отдать её в музыкальную школу, но та была на другом конце города, потому родители долго сопротивлялись. Однако спустя год нытья, в семь лет, записали-таки её в музыкалку. Там и появился он – первый учитель.
В то время Борису Марковичу не было пятидесяти. Невысокий, коренастый мужчина всегда носил костюмы. Старомодная стрижка, как и очки в массивной роговой оправе, придавали солидности. Это внушало невольное доверие, как к личности, которая не отвлекается ни на что, кроме профессиональной деятельности. В наше же время отношение к тем, кто не идет в ногу со временем, обычно кардинально противоположное, как к чудакам или того похуже.
Уроки нравились, гаммы и упражнения совершенно не раздражали, и Аня с удовольствием оттарабанивала их перед тем, как убежать на улицу. Маркович выдвигал ученицу на конкурсы молодых талантов, включал её во все концерты, в которых участвовали лучшие ученики единственной городской музыкалки.
