– Способов воздействия много, – спокойно ответил старик. – От психических до физических. К примеру, один небезызвестный вам писатель тяжело заболел…
– Б. К. Пушков! – прошептал Владимир Сергеевич, бледнея. – В психушку положили…
– Есть и другие примеры.
– Саша Пупченко… свалился с крыши девятиэтажки… Не может быть! Он просто перепил…
– Итак, вы принимаете наше предложение?
Кухня закачалась перед глазами писателя.
– Бред! Вы издеваетесь… не имеете права…
– Мы вас предупредили. – Голос старика превратился в гулкий бас, лампочка под потолком кухни лопнула.
Владимир Сергеевич вздрогнул и потерял сознание.
Очнулся он утром.
Вскинулся, тараща глаза, вспоминая встречу с посланцами из будущего, огляделся.
Он лежал поперёк кровати прямо на одеяле. Часы показывали десять утра. Пора было вставать и садиться за компьютер.
– Мы вас предупредили… – передразнил Владимир Сергеевич пришельцев из сна. – Чушь собачья! Надо же, сны какие снятся после одной стопки водки! Ну, погодите, засланцы из будущего, я вам покажу маргинализацию!
Он сполз с кровати, подумал было о зарядке, потом махнул рукой: к черту, лень!
Кое-как умылся, позавтракал бутербродами с салом, сел за стол. С минуту соображал, о чём писать, и начал…
«Стая «драконов» нанесла удар по столицам европейских государств, в том числе и по Москве, прежде чем земному флоту удалось отогнать её в космос. Но потери среди мирного населения были ужасающи! Погибли миллионы людей. Были разрушены знаменитые памятники архитектуры, загорелся Кремль…»
Владимир Сергеевич поёжился, представляя себе эту картину, собрался было продолжать… и упал навзничь от сильного удара в грудь! Поднял глаза к потолку, не понимая, в чём дело, но вместо потолка увидел небо в серых и красных дымах, услышал грохот и рёв близких и далёких взрывов и понял, что лежит на асфальте улицы, а не на полу кабинета! Приподнялся на локтях, разглядывая жуткую картину разрушения.
Слева горел краснокирпичный дом, справа – какое-то суперсовременное здание из металла и стекла. Над зданием в небе шло сражение между гигантскими летательными аппаратами в виде жутких чёрных драконов и земными истребителями. Изредка молнии, которыми стреляли «драконы», устремлялись к земле, и тогда в небо ввинчивался очередной дымно-огненный смерч.
Мимо пробежала группа молодых людей в странных одеждах. За ними ковылял старик в зеркальном балахоне, держа под мышкой нечто вроде огнемёта.
– Постойте! – остановил его Владимир Сергеевич. – Скажите, где я?!
Старик бегло оглядел писателя, скривил губы.
– Ты что, паря, проснулся? Или память отшибло? Впрочем, неудивительно. А проснулся ты в Москве, аккурат на Охотном Ряду, с чем тебя и поздравляю.
– Что… происходит?!
Старик втянул голову в плечи от близкого взрыва, заторопился прочь, оглянулся.
– Война идёт, паря! С пришельцами. Так что лучше бы тебе не просыпаться.
Глаза старика вспыхнули пронзительной синью, и Владимир Сергеевич, холодея, вспомнил слова одного из недавних гостей: «Мы тебя предупредили…»
Не оставалось сомнений: его нейтрализовали! Причём очень просто – послали в то будущее, которое он описал…
Над площадью раздался рыдающий вопль:
– Я больше не буду-у-у… Верните меня домой!..
Может быть, и в самом деле стоит писать о будущем только хорошо? С надеждой, верой и любовью?..
Три приседания.
Два отжима от пола.
Три вялых рывка руками за голову, наклон.
Вот и вся зарядка.
Едва не упав на кафельный пол – зарядку он делал на кухне, – Хунхузов поплёлся в ванную. Мельком глянул на часы с кукушкой: 12 с копейками. День, естественно. Похоже, новогодняя ночь действительно закончилась. Как он до дома добрался? Вроде бы никто не подвозил… а голова раскалывается так, будто он выпил по меньшей мере ведро шампанского, а не те несчастные полторы бутылки… или, может, больше?
Хунхузов промахнулся мимо двери, вернул себя в вертикальное положение, покачал пальцем перед носом: шалишь, браток, мы контролируем ситуацию! Сколько же он выпил? Неужели больше? И с кем?..
– Ничего не помню, – прохрипел он пересохшими губами.
Залез под тёплую воду, потом включил холодную.
Б-р-р! Хорошо, мать честная! Отличный праздник – Новый год! Жаль, что обещанные чудеса не исполняются. Верочка-секретарша игриво обещала чего-то там хорошего… вспомнить бы… нет, не получается, а жаль. Верочка плохого не пожелает, у неё муж – боксёр…
Перед носом объявилась стена ванной в брызгах.
Чёрт, так и утонуть в ванне недолго!
Хунхузов вылез, пытаясь сформулировать мелькнувшую мысль. О чём это я, господи? А, да, Верочка с мужем… не то… О чём я мечтал-то, когда били куранты? Впрочем, сейчас попью пивка и позвоню друзьям. Праздник ещё не кончился.
Насухо вытерся. Полегчало.
Залез в холодильник. Пиво есть! «Варштайнер». Холодное. Как раз то, что нужно.
Щёлкнула пробка.
И в дверь позвонили.
Хунхузов прислушался с бутылкой у рта, надеясь, что ему послышалось. Но звонок прозвучал ещё раз.
Он поставил бутылку на край стола, плотнее запахнул халат, прошлёпал в тапках к двери.
– Кто там?
– Вам посылка, – послышался надтреснутый старушечий голос.
