Поздно вечером, когда уставший за день майор собирался ложиться спать, к нему зашёл Шелест, одетый в старенький спортивный костюм. На лице военспеца лежала печать философской задумчивости.
– Слышали вечерние новости?
– Нет, не успел, – ответил Бекетов, натягивая футболку. – Что вас взволновало?
– В Аргентине, возле Буэнос-Айреса, взорвался нефтеперерабатывающий завод.
– Ну и что? – пожал плечами Бекетов. – Несоблюдение каких-либо правил эксплуатации либо террористы постарались.
– Ещё был сбит американский азимутальный спутник, примерно в той же точке, над Аргентиной.
Бекетов хлебнул минералки из пластиковой бутылки, разглядывая лицо гостя.
– Что вы хотите сказать?
– Оба этих происшествия совпадают по времени и нанизываются на один вектор.
– Кажется, я догадываюсь…
Шелест поднял на майора светлые рассеянные глаза.
– Возможно, я был прав. Леонтьев и Злотниченко не до конца рассчитали параметры импульса. Затухания не получилось. «Дыробой» создал нечто вроде струны мгновенного распада материи, пробившей всю Землю навылет и ушедшей в космос.
– Здорово!
– Да, неплохо, – кивнул учёный, – если не считать последствий.
– Я имел в виду, что мы получили сверхдальнобойное оружие.
Шелест направился к выходу, бросив:
– Спокойной ночи, Савва Андреевич.
– Это всё, что вы хотели сказать? – вдогонку спросил Бекетов.
Военспец не ответил.
Майор походил по комнате: три шага туда, три обратно, сел на кровать, и в это время зазвонил мобильный телефон. Бекетов поднёс к уху трубку.
– Я кое-что получил, – заговорила трубка голосом Лазарева, оставшегося в центре управления полигоном.
– Узнал, кто был этот ночной лазутчик? – оживился Бекетов.
– Не поверишь…
– Сейчас подойду.
– Я сам приду, жди у озера.
– Что за секретность?
Лазарев понизил голос:
– Тут ушей много.
Бекетов помолчал.
– Хорошо, я буду у скалы, где стоит камера.
– Через полчаса.
– Договорились.
Гадая, почему капитану взбрело в голову встречаться в укромном месте, а также размышляя над словами Шелеста, Бекетов натянул свой «арктик» и без пяти двенадцать подошёл к скале, торчащей над лесом в полусотне метров от обрывистого берега северной части Кроноцкого озера. Фонаря здесь никакого не было, но в небе висела ущербная луна, и берег был неплохо освещён.
Лазарева ещё не было.
Бекетов прошёлся по кромке обрыва, любуясь лунной дорожкой на озере, зябко поёжился: к ночи похолодало, температура едва ли была выше трёх-четырёх градусов выше нуля.
Что-то плеснуло под обрывом.
Бекетов насторожился.
Спину мазнул чей-то липкий взгляд. Пришло ощущение какой-то неправильности в окружающей природе. За ним наблюдали, цепко и зло. Бекетов пожалел, что согласился на дурацкое рандеву с капитаном в отсутствие свидетелей. Тронул рукоять штатного «волка» в кобуре под мышкой. Поднял к глазам циферблат часов: Лазарев опаздывал уже на пятнадцать минут, а это было против правил. Что-то случилось. А майор не смог адекватно оценить обстановку на полигоне, где произошло ЧП с убийством конструктора «дыробоя» и уничтожением самой установки.
Бекетов набрал номер Лазарева.
Где-то далеко, на грани мяукнул знакомый сигнал.
Бекетов напрягся, прислушиваясь, не понимая, грезится ему этот звук или нет.
Сигнал повторился и смолк. Но майор уже понял, откуда доносится тихий мяв – из-под обрыва (не может быть!), и метнулся на берег озера.
Груды камней, валуны, скальные рёбра, чёрное пятно наполовину в воде, наполовину на плите. Человек?!
Бекетов начал спускаться по крутому откосу вниз, цепляясь за выступы и камни. Чуть не сорвался, но всё же сумел удержаться, сполз до уреза воды, пригнулся, упираясь руками в валун и всматриваясь в пятно, и это его спасло.
Над ухом вжикнуло.
Пуля?!
Он отпрянул в сторону, перекатился на бок.
Вторая пуля также пролетела мимо, с треском разнесла на куски один из камней.
Бекетов сделал ещё один перекат, включаясь в боевой режим, выхватил пистолет.
В десяти шагах у воды шевельнулась тень.
Он выстрелил.
С тихим вскриком тень погрузилась в воду.
Ещё одна тень выросла над обрывом. В камень у головы Бекетова ударила пуля; стреляли из пистолета с глушителем.
Он выстрелил в ответ.
Тень исчезла.
Бекетов рывком достиг берега, тронул человека за ногу: это был капитан Лазарев, лежавший по плечи в воде. Он явно был мёртв и не шевелился.
Скрипнув зубами, Бекетов метнулся к обрыву, взлетел на откос как на крыльях, краем зрения уловил движение в кустах, за скалой, бросился в погоню.
Снова пришло ощущение неправильности происходящего. Будто он забыл что-то важное и никак не мог вспомнить. Разгадка пришла спустя мгновение, когда Бекетов обогнул колючий куст можжевельника и наткнулся на человека, пытавшегося взобраться на скалу: никто на выстрелы не отреагировал! Охрана тревогу не подняла!
Однако размышлять на эту тему было уже поздно.
