— Впрочем, неважно, — поспешно переключилась она на Чхоля, подхватила его под локоть и повела к одному из дальних столиков. — Давай, рассказывай! Загорел-то как! Поди, на пляже отмокал, пока остальные работали в поте лица?..
Голоса их вскоре затихли, а поднос с едой едва не треснул в моих руках, настолько крепко я сжал его.
Кан Чхоль из Нью-Джерси, значит?.. Да еще и старый знакомый Харин, судя по всему. Подгадать лучшее время для того, чтобы вернуться, этот парень смог на удивление удачно. Аж скулы сводит, настолько вот сильно я за него рад.
— А я ведь предупреждала тебя, Алекс, — пристроилась Дуна рядом со мной, взглядом провожая Харин и ее… приятеля. — Такие женщины, как она, ищут мужчину себе под стать. Чтоб либо родители «породистые» были, либо деньжата карманы жали. Может, и то, и другое.
— А я и впредь попрошу тебя держать свое мнение при себе, — холодно ответил ей и двинулся к столику у окна с тем, что успел набрать.
Так или иначе, госпожа Чен — девушка свободная и ничем не обремененная. Я сам поспособствовал тому, чтобы играть роль стороннего наблюдателя за ее жизнью, и вмешиваться в нее не имею никакого права.
Моя машина сегодняшним вечером, вопреки ожиданиям, остановилась не возле моего дома, а неподалеку от особняка семьи Чен. Заглушив мотор, я положил обе руки на руль и немигающим взглядом уставился на высокий забор и кованые ворота.
Что же привело меня сюда? Возможно, мысль о том, что старик Джи-Хун, как и его сын, не причастны к тому, что почти двадцать лет назад произошло с моей семьей? И что, получается, вся та ненависть, что питала меня по отношению к этой семье, не имела смысла?
Да, судя по воспоминаниям пятилетнего мальчишки, обе наши семьи расстались в ссоре. О примирении тогда и речи не шло, но недавно полученная информация о некоем третьем лице, имевшем доступ к наработкам отца, заставила меня серьезно усомниться в намерениях семьи Чен относительно корпорации. Корпорации, построенной на костях и крови моих родных.
Я мог бы прямо сейчас выйти из автомобиля, заявиться к Джи-Хуну посреди ужина и выложить ему всё. Рассказать о том, что в действительности я выжил. Рассказать о том, что со мной сделал отец и попытаться заручиться поддержкой в грядущем противостоянии с доктором Сугахарой и тем, кто стоит над ним. Расспросить старика о завещании, в конце-то концов. Напрямую выказать желание забрать то, что мое по праву, раз уж кровь стоящего у истоков корпорации человека течет в моих венах.
Однако в течение этого месяца всегда находилось «но», сдерживающее меня и не позволяющее покинуть салон. Но поверит ли он мне? Но готов ли я доверить ему тайну, которую скрывал долгие годы? Но… как на мое заявление отреагирует Харин?
Я не считал это осторожностью. Скорее, нерешительностью. Трусостью, раз уж на то пошло. Я трусил в один момент выложить перед председателем все козыри, спрятанные в рукавах. Потому что сложно принять союзника в лице бывшего врага. Того, кому я всем сердцем поклялся отомстить. Того, кого искренне ненавидел на протяжении девятнадцати лет… И вот после этого просто улыбнуться этому человеку и пожать ему руку⁈
Вот мимо меня медленно проехала еще одна машина. Коричневый седан бизнес-класса «Мюндай Генезис G20», за пассажирским сидением которого я, прищурившись, разглядел смеющуюся Харин. Девушка меня, кажется, не заметила, увлеченная разговором, ну а седан притормозил напротив ворот, автоматически разъехавшихся перед машиной в стороны.
Даже не встретившись взглядом с водителем, я мог бы предположить, кто сидит за рулем. И от этой мысли крепко вцепился в руль до побелевших костяшек.
Везде и всюду поспевающий с первого рабочего дня Кан Чхоль, а по совместительству хороший друг детства Харин. Неизвестно зачем переведенный на Хвапгапур именно сейчас, харизматичный парень за считаные часы завоевал внимание всего отдела стратегического планирования.
А ведь когда-то на ужин в этот особняк приглашали меня, чтобы сообщить о повышении.
Сука.
Беседа с Пак Джису, состоявшаяся в тот же день, многое расставила по своим местам. Причем кузину Харин мои расспросы о новеньком нисколько не удивили.
Все они учились в одной школе, а Чхоль за счет своего смазливого личика пользовался неплохой такой репутацией у одноклассниц и девчонок из параллельных классов. Одна лишь Харин воспринимала парня не более чем друга. Френдзона, грубо говоря. Ну а его не встреченное взаимностью признание в чувствах заставило Чхоля сначала улететь с Хвангапура в Штаты на учебу в университете по обмену, а потом еще и стажером устроиться в филиал корпорации «Чен Групп», расположенный в Нью-Джерси.
Впрочем, Харин своего давнего приятеля узнала довольно быстро. Наверняка умудрялись списываться и делиться происходящим в жизни. Именно поэтому девушка удивилась, что Чхоль не уведомил ее о своем переводе. А еще она безумно рада была видеть его вживую, что можно было отметить невооруженным глазом.
Неужели… я ревную?
