Почему меня это так тревожит? После всех тех убийств, что я совершил? Как может один труп вносить такую сумятицу в мои чувства? Возможно, потому что его убила девушка, которую я люблю и любил на протяжении всей своей сознательной жизни, которую я рассматривал пару секунд назад в качестве матери нашего будущего ребенка?
Я не могу отвечать себе на такие вопросы, потому что начинаю чувствовать головокружение. Я просто-напросто не могу думать об этом сейчас. Просто хочу убраться отсюда как можно быстрее, пока Харпер не начала задавать гребаные вопросы. На которые, между прочим, у меня нет ответа, потому что я погряз в своей лжи. Я сказал ей правду насчет одного, но тут же соврал еще насчет тысячи вещей. Она даже не представляет, что мне придется сделать с ней дальше. Она. Даже. Не. Представляет. Я тянусь в карман кожаной куртки байкера и достаю пистолет и сотовый телефон.
— Джеймс, ей становится лучше! — воодушевленно кричит Харпер из «Хаммера».
— Это отлично, Харп, — отвечаю я ей на автомате. Но почти все мое внимание сосредоточено на телефоне, который сейчас в моей руке. Потому что он издает вибрирующий звук.
Я нажимаю кнопку разблокировки экрана, и на экране высвечивается оповещение о доставке сообщения.
Секунду спустя я слышу еще один звук вибрации. И не от телефона в моей руке. Я поднимаюсь и направляюсь к «Хаммеру», находя Харпер уставившуюся на телефон, но этот телефон не принадлежит ей, потому что я прекрасно знаю, как выглядит ее телефон.
— Пришло сообщение, — говорит она и смотрит на телефон. Я сглатываю тревогу и сверлю ее взглядом.
— Ну и что в нем говорится, детка? — Если мое сердце начнет стучать сильнее, то оно, скорее всего, взорвется в моей груди. — Скажи мне, что говорится в этом сообщении, Харпер.
— В нем говорится… — Затем она сомневается и, мне кажется, даже меняет свое мнение, потому что, судя по всему, не хочет делиться со мной информацией, она хочет что-то скрыть от меня. — Просто вчера, Джеймс, я получила сообщение… и мне показалось… что оно было от Ника.
— Бл*дь, скажи мне просто, что говорится в новом сообщении?
Она пристально смотрит на телефон в течение пары секунд и не говорит ничего. Я такой нетерпеливый, что просто готов вырвать его у нее из рук, но я не делаю этого. Затем она поднимает на меня свой растерянный и испуганный взгляд, и мое сердце будто пронзают ножом. Она бледная и напуганная.
— «Тук. Тук»… Что это значит, Джеймс?
— Я… я не знаю, — откровенно лгу ей. Я подозреваю, что это может значить… и это конец всему.
— Там гриб… — Она смотрит на сообщение и произносит сдавленным голосом.
— Что? — Мое сердце начинает биться быстрее, когда я оглядываюсь, пытаясь понять, где она увидела гриб. — Что за гриб, детка? Где? — Но затем я внимательно смотрю на ее лицо и вижу, что она смотрит на сообщение на сотовом, что зажат в моей руке.
Телефон выглядит точно так же, как тот, что находится в ее руке.
Я быстро качаю головой.
— Чей это теле…
Но она срывается с места быстрее, чем успевает закончить предложение.
И затем смертельно опасная девушка мчится на меня. Нет не так. Она практически сносит меня, как ненужную преграду, что стоит у нее на пути. Она ударяет меня по грудной клетке и сбивает с ног, устремляясь вперед. Но я не могу отпустить ее к трупу, поэтому резко хватаю ее за лодыжку, она падает, выставляя вперед ладони, пинаясь и издавая дикие крики. Но я крепко ее держу.
Нет никакого шанса, что она снимет этот шлем.
Ни хрена подобного. Потому что если сообщение было от Ника, тогда мертвый парень на земле, вероятнее всего, ее брат!
— Отпусти меня! Отцепись, — выкрикиваю я. Мое сердце сжимается в груди. О боже, как же мне больно. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, скажите мне, что я не убила своего брата! Ради всего святого! Пожалуйста, Господи! Я пинаю Джеймса ногами в грудь и это, наконец, дает результат; он отстраняется от силы моих ударов достаточно, чтобы я могла подняться на ноги и подбежать к бездыханному телу. — Ник, Ник, Ник, Ник… — Я продолжаю повторять его имя снова и снова, когда пытаюсь снять шлем с его головы.
Но Джеймс вновь на мне, оттаскивает меня от тела, оборачивая свои руки вокруг меня, пока наваливается на меня всем своим весом и как можно спокойнее говорит мне на ухо:
— Детка, мне нужно, чтобы ты успокоилась, — шепчет он. — Пожалуйста, Харпер, ты должна успокоиться, и тогда мы с тобой вместе посмотрим кто это, хорошо?
— Нет, нет, нет, — произношу я сбивчиво, захлебываясь рыданиями. — Нет! Мне больше ничего не нужно, просто отпусти меня.
— ХАРПЕР, — практически кричит Джеймс, когда опрокидывает меня на землю, прижимая своим телом, затем садится на мои бедра и обездвиживает меня своими ногами. Теперь я не могу просто так скинуть его с себя. Он продолжает говорить со мной спокойным голосом. — Мне нужно, чтобы ты успокоилась, детка! — Он давит на мою грудь всем своим весом. Это тяжело, он тяжелый. Тяжелый достаточно, чтобы заставить меня прекратить говорить, потому что у меня просто больше нет воздуха в легких.
