Тусси чувствовала, что больше молчать не может. Однажды, когда отец пришел из библиотеки, она отозвала его в угол и протянула листок бумаги, исписанный ее старательными каракулями.
– Прочитай, – попросила она тихо.
– Дорогой Авраам Линкольн!.. – начал было Маркс.
– Тсс, – всполошилась Тусси, – читай про себя.
Маркс читал:
«Дорогой Авраам Линкольн!
Вам пишет Элеонора Маркс. Тусси. Мы все очень уважаем вас и ненавидим южан. Рабовладельцев. Мы переживаем за вас, за ваши поражения, мы желаем поражения южанам, а вам – победы.
Дорогой Авраам Линкольн!
Ваше бездействие меня удивляет.
Чего вы ждете? Или вы забыли, что вас в два с половиной раза больше, чем южан? Вам стоит только собраться всем вместе, и они пропали. У них нет железных дорог, а хлеба так мало, что хватает только на обед по одному маленькому кусочку. А тот, кто мало ест хлеба, у того и силы мало. Так всегда говорит Ленхен, а она зря не скажет.
Дорогой Авраам Линкольн!
Я вам советую сформировать один полк из мальчишек и один полк из девочек, таких, как я. Мы везде можем пройти и все разузнать.
А еще я вам хочу прямо сказать, что вы зря назначили главнокомандующим Мак-Клеллана. Он в душе на стороне южан и плохой полководец. Я советую вам его уволить и назначить главнокомандующим нашего дядю Фреда. Он живет в Манчестере. Мавр говорит, что лучшего знатока военного дела трудно представить. И он большой, смелый и сильный. Вы ему только напишите, он сразу приедет. А я, если вы не возражаете, могла бы быть его адъютантом. Правда, я девочка, но Мавр всегда говорит, что это ошибка, что на самом деле я мальчик. И мне уже девять лет.
Жду ответа.
Извините, сэр. Поздравляю вас с наступающим Рождеством. Желаю побед и счастья. Есть ли у вас дети?
Лондон. Графтон-террес, 9».
Маркс прочитал и, хотя его разбирал смех, очень серьезно взглянул на дочь.
– Ну как? – с тревогой спросила она, вытаращив глаза.
– По-моему, очень толково, – ответил отец.
– Ничего поправлять не надо? Или что-нибудь дописать?
– Да нет, все прекрасно, – Маркс минутку помешкал. – Только вот насчет главнокомандующего… Мак-Клеллана, бесспорно, надо сменить, но если Линкольн назначит Энгельса, то как же мы тут без него останемся?.. Да и сама ты с ним собираешься туда…
– Мавр! – возмутилась Тусси. – Как можно так говорить? Там мы гораздо нужней! Там война. И ведь мы же уедем ненадолго. Как только дядю Фреда назначат главнокомандующим, дела там пойдут совсем по-другому, вы увидите. Мы с ним быстро наведем порядок, – она помолчала и грустно добавила: – Только вот я не уверена, что Линкольн согласится, чтобы я была адъютантом, ведь все-таки я девочка.
– Ну отчего же! – подбодрил Маркс. – Если дядя Фред лично попросит Линкольна… Но вот ты прибавляешь себе целых два года, это нехорошо.
– Ах, какой пустяк! – попыталась отмахнуться Тусси, немного смущенная тем, что ее уличили в обмане. – Семь, девять. Пока письмо идет, пока он пишет ответ…
– Нет, – твердо сказал Мавр, – семь – это семь, а девять – девять, – он взял карандаш и исправил нужное слово. – Да и семь-то тебе еще только будет через две недели.
– Слушай, Мавр, – вдруг осенило дочь. – А может быть, мне не писать ему, что я девочка, а притвориться мальчиком и имя какое-нибудь придумать, как у мальчишки? А когда мы с дядей Фредом туда поедем, я надену брюки, остригусь, и Линкольн ничего не узнает.
– Нет, это тоже нечестно, – решительно сказал отец. – Пусть все будет так, как есть.
