В 1941 году на «Союздетфильме» решили поставить патриотическую сказку «Кощей Бессмертный». На вопрос, кто будет играть Кощея, драматург Владимир Швейцер и режиссер Александр Роу в один голос ответили: «Конечно, Георгий Францевич!» В то время Милляр уже был знаменитостью, и поэтому режиссерам часто приходилось его «уговаривать».
А бывало еще хуже: начинал роль… с отказа от нее! «Это не по мне, не справлюсь, подведу!» – кричал он. Но если поверит, что предлагаемая роль – его, работал как одержимый. Он всегда приходил на съемку с массой предложений.
Но в этот раз актер «закапризничал»: «Не могу! Таланта не хватит!» Но «шефы» уже выработали тактику по уговариванию. Милляра как бы между прочим приглашали на студию обсудить отдельные эпизоды фильма, посоветоваться… Пригласили для «обсуждения» картины и в этот раз. А он пришел с наголо обритой головой и бровями: так Милляр поступал всегда, чтобы облегчить работу гримеров. И все с облегчением вздохнули: Милляр решил сниматься.
И сыграл блестяще! Очень долго Милляр как одержимый искал образ зла. Он даже обошел церкви, которые сохранились в Москве. Милляр решил узнать, как иконописцы изображают нечистую силу. Чтобы сыграть убедительно, ему нужно было стать злом самому. Милляр хотел стать воплощением зла. И он им стал. В его воплощении Кощей получился настоящим олицетворением зла, жестокости, беспощадности. Милляр играл Кощея так, чтобы зрители ассоциировали его с фашизмом. «Как гром с ясного неба упал на Русь Кощей Бессмертный. Пожег наши дома и хлеба, людей вырубил и жен живыми угнал, многие тысячи…» – так начиналась киносказка Роу.
Финал сказки был тоже яркий: злодей оказался совсем не бессмертным, он погибал от рук героя-богатыря. Читался подтекст: так русские расправились с фашизмом.
«Её показали Сталину, – вспоминал педагог ВГИКа Борис Криштул. – Выпуск ее задержали специально, чтобы премьера была 9 мая, в День Победы. В День Победы показали картину не Райзмана «Берлин», не Герасимова «Непобедимые» с Калатозовым. А сказку, сказку Роу. Это благодаря только Милляру».
Поскольку съемки проходили в Озерках Тальменского района, то обычным зрителям фильм впервые показали в Барнауле в кинотеатре «Родина». Был полный аншлаг! Кинотеатр не смог вместить всех желающих – и пришлось экран вынести на площадь.
не женская роль. Вот скажите мне, какая актриса позволит сделать себя такой страшной на экране? Гример только отвернется – она тут же реснички себе подрисует. А я все стерплю».
Испекла Баба Яга
Из дерьма – блин пирога.
Стал вопрос: «С каким вином
Лучше есть пирог с дерьмом?»
«Когда я в образе Кощея встал перед лошадью, она встала на дыбы и отказалась подпускать меня к себе. Приходилось завязывать ей глаза»
Георгий Милляр без ложной скромности часто повторял: «Я работаю в области сказок». И это действительно так: его называли «самым сказочным из всех артистов на планете».
Но одно дело – принцы и богатыри, а другое – колдуньи и вурдалаки. Всю эту нечисть и взвалил на свои плечи Милляр. Причем он сам любил, чтоб было пострашнее. Он радовался, когда, появившись во дворе киностудии в костюме Бабы Яги, от него дети с ужасом разбегались в разные стороны. А на одной из съемок его даже лошадь испугалась. Как он сам рассказывал, когда он в образе Кощея появился перед лошадью, та встала на дыбы и отказалась подпускать его к себе. А ему ее надо было оседлать. Приходилось завязывать лошади глаза. Но как только она оказывалась без повязки – тут же вновь шарахалась от чудовища. В общем, Милляра в образе монстра боялись и люди, и животные.
А операторы признавались, что им было легко работать с такой фактурой, как Милляр. По словам одного из них, «при умелом обращении фактуру актера можно было приблизить даже к образам ранней готики». Облегчил он работу и гримёрам – Милляр и без всякого грима был похож на обтянутый кожей скелет.
Вообще режиссер хотел видеть в нем образ Гитлера. Но, как уверяют коллеги Милляра, он вовсе не собирался играть какого-то отдельно взятого Гитлера.
что он бессмертен».
который будет похож на Гитлера, этот даже вопрос не возникал. Когда писался сценарий, уже был образ Георгия Францевича Милляра», – вспоминал педагог ВГИКа Борис Криштул.
