В данный момент кто-то непременно что-то откладывает из своей Жизни, думая: так лучше.
Помоги этому Человеку, пожалуйста, подари ему билет, слово, пинок, удивление, да что угодно, только бы мысль «потом когда-нибудь» ушла в декрет на неопределенное время.
Во всех нас иногда живет «Человек-Потом».
Ничего страшного – «Человек-Сейчас» набирается смелости и спешит на помощь.
Жить-то сердцу хочется. В нем сила, которая сейчас бьется в ритм счастья и любви. Для тебя.
Хорошее слово «сейчас», смелое очень.
Итого, в Боготе – День спала, день гуляли и смотрели Монсеррат, площадь и русского Ивана.
Сегодня день, когда культурный шок пришел ко мне в мысль, а значит, пора есть фисташковое мороженое, гулять по улочкам неподалеку от дома, после сидеть на кровати, смотреть теннис и спрашивать Машу о ее девяти месяцах жизни в Боготе.
Маша-Маша, счастье наше – день пролетает, дружбу освежает..
Самое главное, кто есть во всех странах, – это люди! Дружба, любовь – сидеть на диване с телевизором и видеть свою подругу, с которой простился на неопределенный срок девять месяцев назад… просто счастье.
Спасибо.
Утро проснулось, солнце взошло, время пришло. Пора ехать в Медддееельииин!
– Маш, а если мы в Боготе выедем за два часа до самолета, успеем? – кричу из соседней комнаты Машке на кухню, собирая чемодан»
– Кааанешшнааа, Ирррраа, выезжаем через сорок минут, не торопись! Машинка к отъезду готова, сначала выпьем чай и поедем!
Ну, поели мы, да, через сорок минут и 1,5 часа: Сижу на переднем сидении где-то между улицой и улицой, аэропортом даже не пахнет, за окном машин тьма-тьмовна, а посадка уже началась.
Смотрю по сторонам – удивительное «Боготовское пробковое зрелище» открылось моему взору:
«Люди улыбаются в синих-зеленых-белых-старых-новых машинах». Можно, еще раз для тебя, друг, повторю: «Люди улыбаются».
Проходит еще полчаса, и я машу мысленной ручкой своему самолетику. Он уже где-то в облаках… когда мы подъедем к аэропорту, товарищ самолет уже приземлится в Медельине, учитывая время полета – сорок минут.
А странно, думаю про себя, люди все еще улыбаются… машу соседним синим машинкам двумя ручонками.
–Маша, смотри – они еще больше улыбаются.
Еще через двадцать минут маханий и смотрений по сторонам машинки трогаются с места и летят кто куда.
Спустя четверть часа мы добрались до аэропорта, бежим узнать, что же случилось с моим рейсом.
А случилось с ним «волшебство». Он ждал пассажиров. Почти все мы попали в пробку.
А-А-А-А-А!
«Воздушное такси!» – восклицаю, целую Марию на прощание и обнимаю быстро-крепко, бегу в зону досмотра, у меня отнимают щипчики для ногтей, пропускают вне очереди, снова бегу, ищу номер рейса и своих пассажиров, нахожу, улыбаюсь и падаю на кресло от усталости.
Ну и делаааа – думаю и смотрю по сторонам. Чувство прекрасного спокойствия, если оно сопровождает в пути, значит, езжай смело – все под контролем, под Его, заключаю, переводя дыхание уже в самолете.
Ой как мило, в аэропорту меня встречают: плакат «Ирина, добро пожаловать» держат две очаровательные девочки из Медельина и высокий молодой человек рядом стоит, ого!
– Ира, меня зовут Ана-Мария, буду помогать тебе в Медельине – улыбается девочка- брюнетка лет восемнадцати с брекетами на зубах. Остальные счастливо ей поддакивают.
Товарищи, граждане, айайаайай, давайте же знакомиться-обниматься-обниматься и знакомиться снова! Кричу, обнимаю всех по очереди, без очереди, без остановок и не давая никому перевести дыхание.
Со счастьем пополам мы донесли всех нас до машины и отправились в путь-дороженьку.
Уважаемый читатель, если тебя судьба заведет в Медельин на своей машине или такси – будь готов платить за перемещение своего транспорта на дорогах города. Не хочешь тратить деньги – путешествуй на мотоцикле – бесплатно. Несколько раз на пути из аэропорта в город машина останавливалась, окошко водителя открывалась, а количество наших наличных денег уменьшалось.
Привезли меня к бабушке и дедушке Уильяма, с которым две недели назад готовили курицу в Новосибирске. Помнишь, рассказывала – донья Америка и дон Эрнесто (Америко)?
Мой испанский прямо на пороге новой квартиры так запаниковал, что перепаниковал бедных бабушку и дедушку, которые изо всех сил пытались меня понять и объяснить: «Да-да-да, мы тоже рады тебя видеть».
Донья Америка и дон Эрнесто оказались прекрасной парочкой, которая в свои сто шестьдесят лет на двоих каждый вечер друг друга выгуливают, покупают хлеб, фрукты, смотрят сериалы, новости и играют в лотерею.
– Нет-нет, – машут руками оба, – обувь не снимай, не надо.
