Я защищал Ленинград полностью

Перед вами сборник, в котором представлены воспоминания участников битвы за Ленинград, одной из самых масштабных и продолжительных битв Великой Отечественной войны. Она продолжалась с 1941 г. по начало 1944 г. и разворачивалась в лесах и болотах северо-запада России, которые сами по себе стали противником, мешавшим и наступлению, и обороне. В этих суровых условиях бои шли с неослабевающим напряжением. Бойцы и командиры Ленинградского и Волховского фронтов не могли себе позволить отступления, крупной неудачи и даже, как показала война, долгой оперативной паузы. Ценой ошибки могла стать неприемлемая в любом случае потеря Ленинграда с гибелью жителей. Как сейчас уже вполне очевидно из опубликованных документов и дневников командующего ГА «Север» фон Лееба, германское командование вовсе не собиралось кормить жителей Ленинграда в случае капитуляции или развала обороны города. Географическое расположение Ленинграда делало его зависимым от подвоза продовольствия и исключало спасение жителей путём переселения в окружающую сельскую местность. Поэтому цена неудачи могла оказаться непомерно высока.

Ленинград стал одной из главных целей плана «Барбаросса» как важный промышленный и политический центр Советского Союза. Задача нацеленной на город немецкой группы армий «Север» в окончательном варианте звучала следующим образом:

«Уничтожить действующие в Прибалтике силы противника и захватом портов на Балтийском море, включая Ленинград и Кронштадт, лишить русский флот его баз. [...] В соответствии с этой задачей группа армий «Север» прорывает фронт противника, нанося главный удар в направлении на Двинск, как можно быстрее продвигается своим сильным правым флангом, выслав вперёд подвижные войска для форсирования р. Западная Двина, в район северо-восточнее Опочки с целью не допустить отступления боеспособных русских сил из Прибалтики на восток и создать предпосылки для дальнейшего успешного продвижения на Ленинград»[1].

В журнале боевых действий Верховного командования вермахта 30 июня 1941 г. появляется запись: «Фюрер по-прежнему намерен повернуть крупные силы танковой группировки, действующей на фронте группы армий «Центр», на север, на Ленинград, чтобы быстро овладеть ленинградским промышленным центром». Позднее, после первых донесений о танках КВ, Гитлер настаивал на захвате города, где находится «единственный завод по производству сверхтяжёлых танков». Насущной необходимостью для немцев также была нейтрализация Балтийского флота. Германия зависела от шведской руды, возившейся по Балтийскому морю. Вылазки подводных лодок или лёгких сил Красного флота могли доставить большие неприятности. Ещё одним фактором, определяющим для немцев важность Ленинграда, стала транспортная проблема. Транспортная сеть западных областей Советского Союза не обладала достаточной плотностью и пропускной способностью для бесперебойного снабжения трёх групп армий. Захват Ленинграда и ленинградских портовых сооружений позволил бы немцам перейти на снабжение ГА «Север» морским транспортом (хотя бы на летний период) и тем самым разгрузить железнодорожные линии, на которые опирались Г А «Центр» и ГА «Юг».

Однако упорное сопротивление советских войск, в том числе ленинградских ополченцев, на Лужском рубеже, контрнаступление под Старой Руссой и общая потеря темпа «Барбароссы» заставили немцев в конце августа и начале сентября 1941 г. отказаться от идеи взять Ленинград штурмом. Однако задача установления блокады города была немцам вполне по силам, особенно с учётом переданных в ГА «Север» из состава ГА «Центр» части сил 3-й танковой группы и VII авиакорпуса Вольфрама фон Рихтгоффена. Концентрацией сил немцам удалось взломать Лужский рубеж и окружить оборонявшие его войска.

Весьма жаркие споры всегда вызывает вопрос о том, кто виноват в установлении блокады города. Обычно обвинения обрушиваются на «луганского слесаря» К.Е. Ворошилова, якобы совершенно бездарного командира Гражданской войны, некомпетентного в войне моторов. Но это не ответ и даже не часть ответа. Одной из больших проблем Красной Армии в 1941 г. была неспособность разведки своевременно отслеживать перемещение крупных механизированных соединений противника. В случае с Ленинградом это был XXXIX моторизованный корпус, появление которого не было вскрыто советской разведкой вплоть до конца августа 1941 г., когда именно действия этого корпуса способствовали установлению блокады. К.Е. Ворошилов и командование Северо-Западного направления действовали сообразно тому, как оценивалась угроза разведкой.