«Я не нуждаюсь в твоем доверии. Или разрешении». Завоеватель опять отшвырнула Габриель, хотя, на этот раз более мягко. Затем она подняла меч, ухватив его обоими руками, и пронзила одним ударом сердце раненого, даря ему мгновенную смерть.
«О, Боги», - выдохнула Габрилель, осознав только что увиденное.
Зена вытерла свой меч от крови, а затем залезла рукой под меховое одеяло и вытащила из-под матраса кошелек несчастного. Она открыла кошелек и набила его динарами, затем потяжелевший отдала барду. «Найди гонца и проследи, чтобы его семья получила это. Скажи им, что он погиб с честью. Затем проследи, чтобы его соответствующе похоронили».
Габриель перевела взгляд с кошелька прямо в бесстрастные глаза Завоевателя Греции. Ее собственные глаза были полны слез: «Ты хотя бы знаешь его имя?»
После всего, Габриель была готова поклясться, что видела в стальных глазах Зены огонек печали, который тут же затух, как пламя свечи при дуновении ветерка: «Его звали Самос. Он был одним из лучших всадников».
Завоеватель молча развернулась и вышла из палатки, оставляя позади Габриель с разбитым сердцем.
***
Бриз, становившийся с наступлением вечера холоднее, проникал через открытое окно рабочего кабинета Завоевателя, легко касался волос и путал пряди. Свитки лежащие перед ней издавали легкое шуршание и она с заметным раздражением прижала их рукой, покосившись на причудливые тени, отбрасываемые факелами. Ее тело постепенно остывало одновременно с высыхающим потом , выступившим после ожесточенной тренировки с одним из гвардейцев и, естественно, с Каллисто, которая никогда не упускала шанса скрестить свой меч с Зеной.
Свитки были доставлены только сегодня и являлись отчетами многочисленных шпионов из Рима и его провинций. Зена быстро просмотрела донесения и не нашла ничего неожиданного.
Цезарь только собирается провозгласить себя Императором, но слухи уже широко расползлись. Сенаторы начинают проявлять беспокойство и даже начались разговоры о возможной смене власти. Но, разговоры эти пока оставались только разговорами, ни о каких-либо активных действиях в этом направлении ей еще не докладывали.
Злобная усмешка наползла на ее губы при известии о том, что Цезарь послал Брута во главе нескольких легионов подавить небольшой мятеж в Галлии. Надо признать, что, без сомнения, Брут был лучшим полководцем Цезаря. И противостоящая ей армия ослабла без его руководства. Почему Цезарь решился послать его так далеко от Греции, тем самым уравновешивая силы, было загадкой, отнявшей много времени на обдумывание.
" Самовлюбленный ублюдок ", - пробормотала она, доставая из кучи следующий свиток.
"О ком это мы говорили сейчас?" - спросила Каллисто со своего места у окна. Она все это время сидела облокотившись об подоконник и занималась накручиванием своего локона на палец. " Нет, нет… позволь я угадаю", - зло усмехаясь она поднялась со своего места. "Это о том тощем, с совершенно ужасающей стрижкой, и получающим удовольствие от развешивания Королевы Воинов на крестах".
Завоеватель подарила Каллисто быстрый взгляд , больше напоминающий выстрел, а затем вернулась к чтению свитка.
Запрокину голову, Каллисто звонко рассмеялась: "О, Зена, Зена... Это всегда о Цезаре, не так ли? Цезарь то.. Цезарь это. Почему? Если бы я не знала тебя так хорошо, я бы могла поклясться, что ты до сих пор не равнодушна к нему".
Зена не успела ничего ответить. Ее внимание привлек необычный звук. Она замерла в напряженном ожидании.
Звук повторился. А потом еще раз, становясь громче.
" Что это?" спросила Каллисто.
Завоеватель медленно поднялась на ноги, пересекла комнату и выглянула в окно. Все было как обычно, но ее инстинкты продолжали подавать тревожные сигналы, которые не стоило игнорировать.
" Проблемы", - пробормотала она, отворачиваясь от окна и направляясь в сторону массивной двери, скрывающей ее комнату от посторонних глаз.
Каллисто потирая руки вскочила с подоконника: " Отлично!"
Схватив за ручку, Зена быстрым толчком открыла дверь. Ее глаза подобно лазеру полоснули по солдатам, охранявшим покои. Еще до того, как она успела открыть рот чтобы хоть что-то сказать, внимание привлекло движение в коридоре. В поле ее зрения появился молодой, тяжело дышащий гонец, весь вид которого говорил о полном истощении. "Проблемы!" - прокричал он из последних сил. Его попытка поклониться закончилась неудачей, бедняга просто свалился к ее ногам.
"Это очевидно, ничтожный червяк", огрызнулась Каллисто, приподнимая гонца за ворот его доспехов. "Какие именно проблемы?"
Гонец попытался выровнять дыхание, но его и без того уже натруженные легкие никак ни могли вдохнуть.
Каллисто грубо встряхнула его: "Говори, ничтожный, или я сама передам твое тело Церберу!"
"П.. П..Персы!"
Зена быстро развернулась, сжимая рукоять своего меча: "Где?"
" В…. лагере. Уже… уже захватили… часть. В море… египетские корабли. Они… прошли ... через… гавань".
"И начальник гавани им это позволил?" Она клянется, что мужчина умрет, причем медленной мучительной смертью и от ее собственной руки.
