Я всё отчаянно мычала, словно он мог сжалиться и оставить меня в покое, но Аарон словно в безумии кусал моё тело, облизывал его, вновь кусал и засасывал, причиняя мне боль. Он превратился будто в животное, которое хотело сожрать меня вместе с костями, поиметь, разорвать, обглодать…
На секунду он освободил мне рот, чтобы плюнуть в руку и помочь себе протолкнуться в моё тело. Я немедленно провыла:
– Нет! Аарон! Аарон, ОСТАНОВИСЬ!
Тело выгибалось от боли. Я не хотела подчиняться, я не хотела этой связи, я не хотела его…
В меня с трудом протолкнулся его стержень, и я уже было вновь закричала, но Аарон накрыл мой рот ладонью. Истерически я немо верещала, душа моя разрывалась на части, внутри жгло от боли, я не хотела, не хотела его!
Аарон безжалостно толкнулся в меня до конца, его упругий член полностью заполнил всё внутри, от боли я плакала и не могла пошевелиться. Тело било страшной дрожью, я хотела закричать в голос, лишь бы это всё прекратилось.
Парень всосал кожу на моей груди, оставляя яркие отметины порока. Словно ненормальный, он часто дышал мне на ухо и кусался, облизывал мою кожу и как одержимый вновь и вновь вбивался в мою щель, словно таким образом доказывал своё превосходство, словно он хотел показать мне, что теперь сможет это делать всегда.
Я немо рыдала, пытаясь закинуть голову, словно таким образом окажусь подальше от него. Сердце бешено колотилось в груди, моему телу было страшно больно, холодно, мерзко… Слёзы, щипая кожу, растекались по вискам.
Он освободил мне рот, припадая ко мне губами, но я тут же повернула голову в сторону, не позволяя поцеловать себя. В злости он отпустил мои руки и схватил за волосы, поворачивая на себя. Второй рукой он зажал моё лицо в пальцах.
– Не смей! – твёрдо приказал он, чтобы после жадно впиться в мои губы. Я зажмурилась. Как мне было больно! Как неприятно всё это!
Беспощадно я орала про себя о помощи. Но помочь мне никто не мог.
Я хотела укусить его, так сильно, чтобы полилась кровь, но понимала, что сделаю этим себе только хуже. Мне оставалось только вновь попытаться оттолкнуть его руками и ногами. Но Аарон тут же отреагировал. Рукой он проскользил под моим затылком и сжал волосы, вынуждая меня замереть от его твёрдого, злого взгляда.
– Не смей больше сопротивляться! – словно выплюнув мне это, сказал Аарон, тут же грубо толкаясь в меня.
Освободившейся властной рукой он спустился по моему телу и сильно сжал мою ягодицу, притягивая к себе плотнее. В отчаянии я смотрела в потолок, будто бы это могло помочь мне избавиться от всего, что я чувствовала. Руки держались за его плечи, скрытые под тканью толстовки, ноги и вовсе уже не подчинялись мне.
– Ты сделала это, – вдруг сказал Аарон, глядя мне в лицо. Я не могла понять, что это означало, слёзы всё катились по моим вискам. – Ты сделала это с нами, Энни, – вновь сказал он, а затем в очередной раз впился в мои губы, но я лишь закрыла глаза, рыдания сильнее охватили меня.
Он ещё двигался во мне некоторое время, после стремительно выходя и обливая меня горячей струёй семени. Я смотрела в сторону, у меня пылала ударенная щека, не говоря обо всём остальном.
Аарон нависал надо мной и смотрел, словно остального позора мне было мало. Ткань джинс на его коленях была тёмной из-за воды, равно как и его локти. Я лежала под ним безвольной куклой, с разведёнными ногами, со спермой на измученном, силой взятом теле.
Он медленно поднялся, застегнул штаны. Я громко всхлипнула, еле-еле переворачиваясь на бок, в отчаянии прикрываясь полотенцем, чувствуя боль и холод от его семени на коже. Меня сотрясали рыдания, я обняла себя руками, чувствуя его тёплый запах волос и карамельных губ… Но вместе с тем чувствуя и отрезвляющий запах горячей спермы, полосами разлитой на мне.
– Вставай, – сказал Аарон, но я продолжала лежать на холодном полу.
Тогда он в раздражении подхватил меня под руки и поднял на ноги, но я медленно заваливалась обратно на пол. В ещё большем раздражении он меня встряхнул.
– Ну же, Энни! Немедленно вставай!
Почти нечленораздельно я сказала ему убираться. Я ничего не хотела слышать, ничего не хотела делать, я чувствовала себя так плохо, что ничего не соображала.
– Нет уж! – вспылил он, резко прислоняя меня к холодной стене, из-за чего я вскрикнула. – Приди в себя!
Вновь в потоке рыданий я что-то нечленораздельно сказала, желая, чтобы он убрался от меня поскорее, но это словно ещё больше разозлило его.
– Нет, Энни! Тебе придётся сейчас проглотить всю свою злость и отвращение! Слышишь? Ты поняла меня?
Аарон грубо схватил моё лицо, насильно заставляя посмотреть на него. Он смотрел так, словно хотел стереть меня с лица земли. Это заставило меня немного прийти в себя.
Как… как он смеет так смотреть на меня?..
– Ты должна сейчас же прийти в себя. С этого момента, Энни, – он сильнее сжал мой подбородок, – ты будешь делать всё, что я скажу или пожелаю. Ты моя, Энни. Без разговоров.
На лице моём выступило такое выражение, словно я попала в театр абсурда. Что он такое несёт? Как смеет?..
