— Пойти в сорок четыре года работать, конечно, не вариант для Наили, — ухмыльнулся Исаев. — Но ты ошибаешься, сынок. Я как содержал тебя и твою мать все годы, что она прыгала из одного брака в другой, так и содержу ее сейчас.
— Врешь!
— Позвони сам матери и разбирайся с ней. Но я повторю свой вопрос. Это все?
Алиханов долго молчал, Лера думала, что уже не дождется ответа. Но все же услышала лаконичное “все”.
Он явно что-то недоговаривал, и Феликс это тоже знал.
— Жаль. Но тогда без обид, сын.
— И что ты сделаешь? — встрепенулся Алиханов. — Обанкротишь меня? Валяй! Мать только не трогай! Она ни при чем.
— А кто при чем?
Молчание.
— Не уезжай пока из города, Феликс, — велел Исаев. Он упорно называл сына своим именем. — Но чтобы рядом с моей женой я тебя не видел. И сейчас выйдешь — извинишься перед ней за вчера.
Лера содрогнулась, представив как может извиняться этот циничный подонок. И не захотела этого себе.
— За Леру не волнуйся, — деловито сказал Лекс. — Я ее и так не трону. Она мне понравилась. Жаль ее, она с тобой несчастна. Права мать, всю жизнь мне говорила, не дай бог кому такого мужа как твой отец, сынок.
— Пошел вон!
Лера едва успела вернуться в гостиную, когда туда заглянули отец и сын. Сейчас глядя на них она уже видела некоторые общие черты. Для обоих люди просто пешки.
Лекс и правда извинился, на что Лера лишь сдержанно кивнула. Но когда он ушел, Исаева подошла к мужу. Тот выглядел немного уставшим.
И без всяких предисловий и подготовок она задала вопрос мужу так, словно имела право знать.
— Почему ты не женился на матери своего сына, Феликс?
Глава 34
Едва Лера произнесла эту фразу, тут же пожалела о ней. Вопрос прозвучал бестактно и неуместно. Если Исаев не посчитал нужным рассказать ей про сына, то уж точно не станет раскрывать душу.
Феликс, похоже, именно так и думал, судя по тому, как вспыхнули его глаза. И пока он не послал Леру с ее глупым любопытством, она поспешно добавила.
— Ты извини, если не так прозвучало, просто мы живем вместе и у нас общее дело. Я не знала про Лекса, то есть про Феликса и вот оно как оказалось. А если тут его мать объявится? Ты ведь официально женат на мне.
Оправдание было жалким, но Исаев не стал заострять на этом внимание. Лера терпеливо ждала, от волнения прикусив губу. И дождалась.
— Я никогда не любил его мать. И не хотел от нее ребенка.
Нахмурившись, Феликс смотрел куда-то в сторону. Сейчас он явно был не с женой, а погрузился в воспоминания. Скорее всего неприятные.
— Ясно. — вздохнула Лера. — Мне очень жаль.
Она никому не рассказывала, даже Султанову, но сама была “залетным” ребенком. Ей повезло больше, чем Лексу — ее отец сразу же повел маму в загс, хотя на тот момент они только начали встречаться.
— Мой сын очень любит рассказывать всем, кто готов его слушать, какой я подлец, потому что бросил его мать. Будь к этому готова.
— А как было на самом деле? — осторожно спросила Лера, хотя в ее планы не входило общение с Лексом. Она сама не очень понимала, почему так упорно ковыряется в прошлом Исаева.
Феликс несколько секунд задумчиво рассматривал свою жену, видимо, решая, стоит ли рассказывать.
— Когда анализ ДНК подтвердил, что это мой ребенок, я официально признал его. А вместе с этим и все свои обязательства перед ним. Наиле этого было мало. Точнее, ей это было не нужно. Ей нужен был я в качестве мужа. А раз я не женился на ней, значит я предал своего ребенка. Она меня так и называет до сих пор — “предатель”. Когда Феликсу исполнилось шесть, и я подарил ему мобильный на день рождения, она подписала мой номер в его телефоне не “Папа”, а “Предатель”.
Лера была ошарашена, не знала что сказать. Ей было сложно поверить, что такой невозмутимый, сдержанный на эмоции человек, как ее муж пережил в юности такой треш. Тут уже и сам не захочешь никакую семью.
— А… твой сын? Он ведь уже не ребенок…
— Феликс слепо любит мать. Внешне он полностью ее копия. Наиля внушила ему, что ради него она пожертвовала всем, поэтому так и не смогла устроить свою личную жизнь. Да еще все годы терпела травлю из-за того, что родила ребенка вне брака. Теперь сын обязан ей всем в жизни. Это его вина, что мать несчастна. Ну и я, конечно.
— Какой ужас! — вырвалось у Леры. — А так разве бывает?
Феликс расхохотался. Грустно, но без злости.
— Чего только не бывает, — улыбнулся он жене. — Я тоже не собирался в восемнадцать становиться отцом, но этого уже не изменить. А Наиля не появится здесь. Об этом можешь не волноваться.
— Почему? — не то что бы Лера жаждала увидеть бывшую своего мужа, ей за глаза хватало Гурской. Но душу скребло странное неприятное чувство, что главного Исаев ей не рассказал. А вот Наиля точно бы выложила вперемешку с оскорблениями в адрес молодой жены Феликса.
Имеет право ее муж скрывать от нее свое прошлое? Конечно имеет. Лера, например, никогда не спрашивала у Султанова, сколько подружек у него было до нее. Сейчас же Исаеву что-то толкало на все новые вопросы. Как будто эта история имела к Лере самое прямое отношение.
