Исаев практически орал. Судя по тому, что он был в той же одежде, что и вечером, спать муж не ложился.
А потом Феликс обернулся и увидел жену. Лера невольно отшатнулась — настолько устрашающим ей показалось выражение лица мужа.
— Что случилось? — спросила она с дрожью в голосе.
— Твой отчим дал огромное интервью, — зло бросил Феликс. — Утверждает, что ты пыталась его убить, потому что он не ответил на твои чувства. Якобы хотела соблазнить его, он не поддался, в ответ ты подожгла его магазин, потом отравить всю семью, включая собственную мать.
— Это… это неправда, — Лера пошатнулась от ужаса. Перед глазами замелькали ужасные кадры из прошлого. — Все не так было! Он сам…
Феликс поднял руку, призывая Леру замолчать.
— Интервью вышло на федеральном ресурсе. Сейчас его уже там нет, но оно успело разлететься по всем нашим местным сайтам. На совет директоров ты сегодня не пойдешь.
Лера упрямо вскинула подбородок.
— Пойду!
Глава 39
— Они тебя распнут, если ты только хоть раз дрогнешь. — Феликс не смотрел на жену, сидящую рядом с ним в машине.
До заседания совета директоров оставалось еще полчаса. Супруги выехали из дома с таким прицелом, чтобы быть в здании медиа холдинга за десять минут до начала. Однако приехали раньше, вот и кружили по соседним улочкам.
— Я это понимаю, — чуть раздраженно ответила Лера. — Не дождутся.
Внутри все клокотало. Сначала Исаева готова была рыдать от бессилия и несправедливости. Не сдержалась, мигом вывалила на мужа, как дело было. Без всяких там купюр и прикрас.
Злость — вот что давало Лере силы в такие критические моменты. Когда хотелось опустить руки, отойти в сторону и не связываться с дерьмом, которое не тонет. Но исчезнуть сейчас, оставить все как есть — это подарить врагам шанс на победу. Титовы же именно это и планировали — чтобы все забыли, как они воровали деньги на свои хотелки, а теперь под шумок вернут и все забудут.
— Ладно, — после недолгой паузы кивнул Исаев. — Пойдем прогуляемся. Чего в машине сидеть.
Лера удивленно поглядела через тонированное стекло — их машина стояла недалеко от входа в ювелирный бутик известного мирового бренда.
— Ну пойдем…
Когда через двадцать минут Лера входила в здание холдинга, в руке она держала аж три пакета с логотипом ювелирной компании. За ней как верные оруженосцы шли юристы ее мужа.
“Ни на кого не смотри, не впускай в себя ничьи взгляды, — инструктировал ее два часа назад Исаев, когда понял, что уговорить ее не ехать на совдир у него не получится. — Не пытайся прочитать на чужих лицах знают ли они или нет, в чем тебя обвиняет отчим. Не ищи одобрения или порицания. Это все не имеет никакого значения”.
Вот так Лера и шла, не видя и не слыша ничего вокруг. А ноги тем временем наливались свинцом.
Спина горела от острых взглядов, но Исаева весело размахивала пакетами и продолжала идти вперед.
В конференц-зале, где проходило заседание, уже все собрались, не хватало только Лидии, но ее отсутствие было ожидаемо. И все же Исаева облегченно выдохнула — минус одна змея в серпентарии.
Едва Лера зашла внутрь, голоса собравшихся резко смолкли. На нее смотрели удивленно, как Мартыненко, например, презрительно — как Кристина Титова или наглый молодой хлыщ из сельскохозяйственного комплекса. А кто-то прятал глаза — как счастливый отец Александр Султанов.
— Всем привет! — радостно воскликнула Лера, словно поздоровалась с закадычными приятелями, которых давно не видела. — Я немного опоздала, там новая коллекция, рекомендую!
И потрясла своими пакетами.
Никто не улыбнулся в ответ. Лера услышала короткие сдержанные приветствия, кто-то просто кивнул.
— Не ожидали вас сегодня увидеть, Валерия Михайловна, — сухо промолвила Титова. — Вижу у вас прекрасное настроение. Жаль, что только у вас.
— А что так? — Лера непонимающе нахмурилась. — Вы же бабкой стали, Кристина Антоновна. В смысле бабушкой. Что, не нравится?!
Лера хамила и делала это совершенно осознанно. В зале ощутимо похолодало.
— Моя жена не об этом, Валерия, — тяжело произнес Титов. — А о том, что вы бросаете тень на наш холдинг. Феликс может развлекаться как ему угодно, в его постель мы не лезем, но всему же есть границы. Я вообще не понимаю, как вы посмели прийти сюда.
— Ничего не понимаю, Николай Васильевич. — Лера открыла лежавшую перед ней папку с документами. — Но это хорошо, что вы не лезете в нашу с Феликсом постель. Так что случилось-то?
Рыжий боров побагровел.
— Хватит дурака валять! — рявкнул он так, что на столе зазвенели стеклянные бокалы. — В совете не могут заседать уголовники! А на вас клейма негде ставить!
— Да ладно? — Лера прямо смотрела на Титова, чуть прикусив губу. — А кто тут у нас сидел?
Рядом раздались возмущенные охи-вздохи, но в разговор никто не вмешивался, кроме Кристины.
— А вы новости не читаете? — язвительно спросила она. — Не прикидывайтесь!
— Какие новости? — пожала плечами Лера и подняла взгляд на Султанова. — Саш, вы там еще одного родили, что ли? Других новостей в последние дни не было.
