И ехать в Краснодар надо в самое ближайшее время. Завтра. Как раз суббота. Все мизерабли наслаждаются заслуженным отдыхом. Отсутствие одного из них в Адыгейске не привлечет внимания.
Вот только что взять с собой? Халява закончилась. Никто больше не укомплектует вещмешок грамотно и бесплатно. Да и оружия не добыть. Начнешь его искать – точно найдут тебя самого. Хотя бы хороший нож найти. Правда, с ним еще надо уметь обращаться. Кто-то, знающий толк в жизни, кажется, говорил: хочешь, чтобы тебя зарезали, – возьми с собой нож.
Все-таки нечто условно швейцарское Вербицкий прикупил. Лезвие не шло ни в какое сравнение с двумя тупыми ножами, лежавшими в общем ящике кухни хостела. Сухая салями отрезалась без малейшего усилия, будто кусок масла. Колбасу Денис тоже решил захватить с собой. А еще шоколада и, конечно, воды. Как любила говорить Нелли: «Надо же человеку из чего-то состоять».
Вспомнив про бабушку, он задумался. Надо бы позвонить ей перед уходом. Но с ее проницательностью, а главное, с его умением шифроваться устраивать видеосвязь сейчас – только «делать ей нервы», по ее же выражению. Пусть лучше считает, что у него опять срочная работа.
Кинув телефон на дно рюкзака (пусть в Зоне он не работает, но где-нибудь рядом может даже очень помочь), Денис задумался. В экстремальных походах важна хорошая обувь. А что в данном случае «хорошая»? Помимо офисных ботинок, которые вынудили купить еще в самом начале работы в «Мизерабле», под кроватью в хостеле стояли тяжелые зимние ботинки и легкие летние кеды. В последних бегать, бесспорно, удобнее, но если яблони снова плюнут какой-нибудь ядовитой жидкостью, массивные подошвы растворятся медленнее. Да и ладно. Зато волочить ноги по пересеченной местности – спасибо, не надо.
После всего, что сказал ему об изменившейся Зоне Айзель, Денис понимал, что, вероятно, совершает самую большую ошибку в своей жизни. Но после всего, что сделала для него Нелли…
Он вытащил из-под кровати кеды.
Денис решил ехать на такси, конечным пунктом поездки выбрал наугад какой-то дом по улице Восточный обход. Как раз по ней проходила граница Зоны. Таксист попался пожилой, не в меру разговорчивый. С самого начала его очень заинтересовал адрес заказа:
– А что вам в этом доме нужно? Он ведь нежилой. А с чего туда вообще едете? Вы там проживали, что ли?
Пришлось поспешно углубиться в телефон.
На подъезде к Зоне стало заметно, что небо над ней сильно отличается от обычного летнего неба, разлитого во все стороны до горизонта. Оно имело более темный оттенок, а густые, словно завитые облака переливались перламутровым блеском. Все это создавало зловещее впечатление.
– Мне вот тут, на повороте, остановите, – попросил Вербицкий.
– Что, прямо на обочине высадить? – Таксист не унимался с расспросами.
– Да, пожалуйста. Я дальше пешком.
– Так ты сталкер, что ли? – Он внимательно посмотрел на Дениса в зеркало, пытаясь определить честность его ответа.
– Нет, я по другим делам. Я же не сумасшедший, – добавил журналист в попытке развеять сомнения водителя.
– Ну, смотри. Я тогда здесь остановлю, перед разворотом. Чтоб мне, значит, назад удобнее. Отсюда же по-другому не выедешь.
Денис шел по пустынному асфальту. Шум трассы с каждым шагом затихал, оставаясь позади. Ближайший КПП находился достаточно далеко, проверок можно было не опасаться. Оставалось только вспомнить, где именно тот лаз в ограждении, через который хотел сбежать с Сенькой Тимофей. Уже покойный Тимофей.
Металлическая сетка, увенчанная колючей проволокой, тянулась и тянулась. Никаких дыр и даже намеков на проходы. Вербицкий начал сомневаться – правильно ли выбрал место. Он не очень хорошо помнил подробности того дня. К тому же столько всего случилось после… Направление вроде бы верное. За островком бывших мегамоллов дорога поворачивала правее. В другую сторону по карте будет Бородинская, это сильно западнее, а они с Костей, преследуя Тимофея, сместились к востоку, судя по тому, что ехали по улице Юго-Восточной. Лучше просто идти – рано или поздно проход станет виден.
За спиной осталось уже, наверное, километра три, но забор продолжал сохранять первозданную целостность. А с чего вообще думать, что дырка сохранилась? Ведь рядом с ней произошло достаточно заметное ДТП, уж наверное, пока там все расследовали, проверили каждую пядь земли и приняли меры. Одна надежда, что там работают разные ведомства. По косвенным фразам Геннадия Денис смог понять: Зона – сфера внимания военных. Полиция, а тем более обычный дорожный патруль стараются туда не вмешиваться. Да и дырка располагалась достаточно удачно в кустах, сразу и не заметишь.
Кстати, а вот какие-то кусты. Скорее всего, просто похожие. Что ж теперь, обойти весь забор по периметру или лучше сразу возвращаться домой и продавать почку задешево? А смысл? Вряд ли Айзель пожадничал, выделяя деньги на лечение, его же вообще никто не просил о деньгах.
Вербицкий не замечал, что шагает и разговаривает сам с собой.
