Продолжая играть роль независимой амазонки, она шагнула первой, он развернувшись собрался вслед за ней, но я уже этого оставить так просто не мог.
— Стоять!
Схватив его за шкирку, развернул к себе.
— Прекрати! — Женушка попыталась вцепиться мне в руку, но я ловко увернулся от нее.
Дрыщ, так вообще, кажется, забыл, как дышать от испуга. Во все глаза смотрел на меня, и что- то мне подсказывало, что он сейчас вообще обоссытся от ужаса.
— Ну так что, герой, выйдем поговорим?
— Ребят, вы чего! Давайте не будем усложнять ситуацию!
Откуда ни возьмись, нарисовались комичный толстячок и девчонка в платье, разрисованном разными цветами, и давно по моим подсчетам, вышедшим из моды.
— Альберт, ты в порядке?
Он уставилась на дрыща, а тот кивнув, отступил назад. Вся эта ситуация забавляла, но больше всех, мне было непонятно, что здесь с ними, с этим убожеством, делает она. Женушка впервые покраснела, смутилась, как я понял своих неказистых ухажеров и подругу.
— Альберт в полном порядке! — сквозь зубы процедила она. — Пойдемте!
— Конечно идите! — усмехнулся я. — Вы где сидите? Официанты принесут вам то, что мы обычно собакам отдаем, хоть пожрете нормально! А ты, братан подкачайся! — хлопнул я дрыща по плечу. — Бери пример с друга! А то женушка моя не из худеньких, кровь с молоком, смотри не надорвись!
Оттолкнув его так, что тот едва не отлетел в зал, шагнул в зал, даже несмотря на эту суку. Ну погоди, только я напьюсь.
САША
Мне давно не было так хорошо от мужских прикосновений, чувство противостояния, слабости, в одно время защиты. А с другой стороны, Джамалов конкретно унизил меня и всех стоящих рядом. Подчеркнул кто он и кто мы. Высокомерный ублюдок. Что он себе позволяет? А этот, как его там… Альберт. Имя то какое. Куда полез? Я с ненавистью посмотрела в сторону Гитлера, как я мысленно его назвала.
— Саша, вам Мохито?
У него был такой противный приторно слащавый голос, как и в принципе его физиономия, что хотелось сожрать лимон и запить текилой.
— Лучше Маргариты! То есть Кровавой Мэри! — мрачно буркнула я.
— Но там же водка, Саша!
Гитлер так на меня посмотрел, что мне захотелось его покрыть трехэтажным матом, но ситуацию в свои руки, тут же взяла Галка.
— Альберт, Саша любит Кровавую Мэри!
Гитлер пожал плечами и сделав заказ, придвинулся ко мне поближе.
— От вас, так вкусно пахнет, Саша!
Я непроизвольно отодвинулась от него. А Гитлер, уверенный в собственной неотразимости, настолько осмелел от выпитого пива, что облокотился на мой барный стул.
— Вы очень красивая! Как роза в тумане!
Я хмыкнула.
— Спасибо что хоть не ежик!
Он, растерявшись замолчал, вероятнее всего понял, что сморозил глупость. Я же молча пила коктейль, ни танцевать, ни общаться не хотелось. Ничего. Галка, тоже была ни в восторге от своего кавалера, но подруга любила выпить, повеселиться, и не тратиться. Поэтому, почти не слушая его и строя глазки симпатичному молодому бармену, она не парилась так, как я. А я, наоборот, загналась. Вспомнила резко Макса, хотя дала себе слово не вспоминать его, как мы были год назад в клубе, отмечали мое день рождения. Он обнимал меня за плечи, целовал и мне, казалось, вот оно счастье. Оказалось, что только казалось. А еще покоя не давал, ублюдок Джамалов. Конечно, с утра мне позвонит его отец, скажет, что договор разорван, я веду себя, как шлюха.
Плевать. Пойду работать на несколько работ. Лучше так чем с такими унижениями.
— Саша, еще?
Гитлер, был, как нельзя кстати. Заказал мне еще коктейль, а потом сверху вина. Он что-то нес, про какую- то историю, про лекции, отношения между полов, а я, осушив бокал вина и принявшись за второй и сверху за третий, не сразу ощутила, что сделала ошибку. Градус нужно повышать, а не понижать, и это просто правило, я забыла.
— Сань, ты в порядке?
Галка коснулась моего плеча, а я, глупо улыбаясь, поцеловала подругу в щеку.
— Я тебя люблю! Че мы не танцуем?
