— Обращайся ко мне по имени. Меня зовут Сония и никак иначе. При хозяине обращайся так как он прикажет. В этой комнате я прибираюсь сама. Спасибо, можешь идти.
Женщина молча вышла, а Сония выдохнула и ссутулившись села на край кресла. Как же ей было ненавистно это притворство. Она ненавидела себя за то, что приходилось показывать людям свое пренебрежение в связи со статусом. Всех людей она считала равными и ей было противно отношение богатых людей к обслуживающему персоналу. Прояви сейчас своё добродушие к ней потом неизвестно чем может это все обернуться.
Ровно в час она услышала шум колес, затем дружное приветствие охраны и Сония поняла, что приехал Вильос, она бросила карандаш на кресло и кинулась вниз встречать его. Сбегая по лестнице, она увидела, как он швырнул свой пиджак на диван и замер по середине гостиной, набирая в смарте чей-то номер. Больше всего в жизни она боялась его в гневе, а по его выражению лица, он был сейчас очень зол. Она замерла на пороге, боясь пошевелиться, но он, увидев ее, подозвал к себе и быстро поцеловав приказал идти в столовую.
— Я сейчас поговорю и приду к тебе, — сказал он и отправился к себе в кабинет по дороге крикнув прямо в смарт: — Чтобы через десять минут был у меня!
Сония серой тенью метнулась в столовую и замерла на пороге. Эва уже вовсю сервировала стол и отодвинув стул дала понять, где лучше ей сесть, но Сония не стала садиться, ей остро захотелось узнать на кого так зол Вильос и оставшись на месте, увидела, как поднимается наверх Кнуд. Выждав пару минут, она решила пойти в комнату, под предлогом переодеться к обеду, тем самым проходя мимо кабинета, она услышала гневный голос Вильоса:
— Как он посмел, не посовещавшись со мной, отправить моих ребят на бессмысленное дело? Есть много способов убрать рыжего в камере, какого шхана ему пришло в голову вывезти его из здания? Вот сейчас к нему невозможно подобраться! Сначала Тарбен меня обрадовал, что подходящий мужик попал под подозрение, а теперь все испортил. Я его за яйца на заборе повешу.
Сония не стала дальше слушать, от этих слов ее затрясло как в лихорадке, с трудом добравшись до комнаты, она стянула с себя платье и зацепившись за дверцу шкафа сползла на пол. Она была права насчет Кнуда, он замешан во всех грязных делах Вильоса и обсуждают сейчас явно убийство какого-то рыжего. Вряд ли речь идет о его сыне, но отчего же он так зол?
«Зря я нормально вчера вечером не поела и сегодня не завтракала. Здоровье уже не то, чтобы так нервничать на голодный желудок» — думала она, беря трясущимися руками другое платье. Еле застегнув молнию, услышала, как хлопнула дверь в кабинете, затем громкие мужские голоса и треск ломаемой мебели. Затем отчетливо услышала, как Кнуд гаркнул:
— Грэг, хватит! — и стало тихо.
«Зачем он решил устроить разборки дома? Только бы он ко мне не пришел после этого» — взмолилась Сония, спрятавшись на полу за кроватью. Прошло минут пятнадцать, когда она услышала шаги в коридоре, затем шум авто и с первого этажа до ее слуха донесся голос Вильоса:
— Сония!
На негнущихся ногах она направилась к двери, растирая левую руку. Она до сих пор давала о себе знать, когда Сония нервничала. Пальцы выгнула судорога и причиняла нестерпимую боль. Спускаясь по лестнице, она завела ее за спину и попыталась улыбнуться, надевающему пиджак Вильосу.
— Любимый, а как же обед? Я переоделась специально для тебя, — сказала она и поняла что с голосом она не справилась. Голос дрожал, и он это слышал, потому что нахмурился и пригладив волосы сказал:
— Мне нужно возвращаться, Кнуд составит тебе компанию. Вечером поговорим.
Затем подошел к ней и как оно часто бывает не поцеловал, а заклеймил, прокусывая ей губу до крови и быстрым шагом покинул дом.
Сония пошатнулась на месте и вытерев губу большим пальцем, развернулась чтобы спрятаться в комнате, как вдруг подал голос Кнуд, который наблюдал за ней все это время:
— Тебе было сказано составить мне компанию за обедом.
— Это ты должен был составить мне компанию, но я не голодна, пообедайте с Эвой, — ответила она и вцепившись за перила, стала медленно подниматься.
— Что с рукой? — спросил он, оказавшись за ее спиной.
— Ничего! Не нужно за мной ходить, — ответила она и прижала к груди слабую руку с дергающимися пальцами, прикрыв их второй ладонью. Поднявшись на второй этаж, она шагнула в коридор и была остановлена довольно грубым прикосновением его руки к ее плечу.
— Дай посмотреть, — сказал он своим слегка хриплым голосом.
— Не трогай меня, — одновременно с его словами заметно вздрогнув воскликнула она.
— Не бойся, я только посмотрю. Я учился в медицинской академии. Медбратом я не стал, но прекрасно знаю человеческий организм.
Сония повернулась, отпустив свою слабую руку с подрагивающими пальцами после судорог, и он проследил взглядом как она повисла вдоль тела.
— Я знаю свой диагноз, мне его четыре года лечили. Я сейчас успокоюсь и все пройдет. Можешь передать Эве, чтобы заварила мне успокаивающих трав, мне нужно лечь, — с этими словами она отправилась к себе и легла под одеяло не раздеваясь.
