Черт, опять ментальное воздействие. В глазах у меня потемнело, голова закружилась. Я попятился назад, вжимаясь в угол между статуей какого-то древнего героя и стеной. Здесь я могу отбиваться от нескольких врагов одновременно. Я почувствовал, что Шварцкопф морально созрел для отступления от рыцарского кодекса дуэли. Я мог ощущать его бешенство и его ярость. Он слишком долго возится со мной, хотя рассчитывал убить меня быстро и эффектно. А я его обломил. Мы уже четверть часа машем железками, и поединок затягивается. Это хорошо, надо дать время Тоге разобраться с паролем.
- Леха, - в голосе Тоги была обреченность, - система сообщает, что у меня одна попытка. Есть идеи?
- Шварцкопф, скажи пароль! - крикнул я нахтмайстеру, отбив очередную атаку.
- Хватит, - вздохнул вампир, и я увидел в его бесцветных глазах свою смерть. – Пора заканчивать с тобой, щенок.
Странно, в это мгновение я подумал не о поединке, не о том, что, возможно, сейчас умру. Я, наконец-то, врубился, почему нахттотеры могут выносить свет в рыцарском зале. Кожа Шварцкопфа была покрыта той самой странной пленкой, которая в моем видении защищала от воздействия света Праматерь вампиров – мою несостоявшуюся невесту фройлейн Бабелинку фон Майбах. Какая-то новая технология, мать их. Морлоки решили устроить из моего убиения телешоу, включили в своем логове свет и…
Стоп, в имени Бабелинка девять букв. Может, сработает?
- Тога, забивай слово «Бабелинка»! – заорал я.– По буквам: бэ-а-бэ-е-эль-и с точкой-эн-ка-а…
Шварцкопф яростно заревел и обрушил на меня такой удар, что рунка разлетелась в щепки. У меня в руках остался обломок древка длиной около метра. Обычный деревянный дрын, слишком жалкое оружие против рыцарского меча. Но я ликовал – реакция нахтмайстера яснее ясного показала, что с паролем я угадал.
- Есть! – взвизгнул Тога. – Отключаю программу уничтожения.
- Нет!!! – заорал я. – Запускай «Альтер Эго». Вводи мои данные и новую реальность: Россия, Санкт-Петербург, 6 августа 2008 года…
- Леха?
- Вводииии!
- Убить его! – заорал Шварцкопф, и вся черная свора бросилась на меня.
Я еще успел краем глаза увидеть, как Алина ударом кулака повалила на пол Еву, сорвала с вампирши свой квантомат и выстрелом в упор превратила голову белесого Ханса в кусок горелого мяса. Я сумел воспользоваться суматохой, уклониться от меча Шварцкопфа, отскочить к Алине и выхватить из руки распростертой на полу Евы оба диска. Алина прикрыла меня, уложив точными импульсами нескольких вампиров. Но Шварцкопф был рядом со мной, и на меня уже несся десяток нахттотеров – я видел их полные бешенства бесцветные глаза, мертвенно-белые лица, слышал их злобный вой. Надо мной сверкнул клинок Шварцкопфа: я успел подставитьпод удар древко рунки – оно разлетелось в щепки, и меня шарахнуло в плечо с такой силой, что я опрокинулся на спину и юзом проехал по полированным плитам пола прямо под ноги разъяренных нахттотеров. А потом я врезался головой в закрепленный на стойке комплект доспехов, и свет померк.
*************
Черт, как больно!
Я потер ушибленный затылок, осмотрелся. Странно, но я вписался башкой не в рыцарские латы, как мне казалось мгновение назад, а в угол тумбочки, на которой стоит мой компьютер. И лежу я на полу, в своей квартире, на моем паласе, коричневом, с желтыми и черными геометрическими узорами.
О, блин, метаморфозы! Похоже, у Тоги все получилось…
- Господи Боже! – вздохнул я, повертев головой и убедившись, что это не предсмертные галлюцинации, и я действительно нахожусь у себя дома. – Вот это драйв! Рехнуться можно…
Мне хотелось плакать от счастья. Но не это главное. Я дома, в своем времени и в своем мире. Теперь надо сделать то, ради чего я просил Тогу запустить «Альтер Эго» - найти Димона.
Вместо нацистского пасса на моем левом запястье были часы – мои часы, кварцевые «Сейко». Сейчас в Питере семь двадцать две утра. Я быстро включил компьютер, проверил дату. Все правильно – сегодня шестое августа две тысячи восьмого года. Тога все провернул просто рулезно. До авантюры Димона и до моего попадания в мир Главного Квеста остается чуть меньше двух суток. За это время я должен найти в Москве этого умника и все изменить.
Кряхтя от болей в ушибленных конечностях и груди, я стащил с себя бронежилет, форменные брюки, куртку и ботинки, выложил на стол диск «Альтер Эго», что скопировал для меня Тога и листок со сценарием Димона, потом залез в ванну и полчаса млел под струей теплой воды, смывая с себя грязь Четвертого Рейха и нервное напряжение. Мое собственное лицо, смотревшее на меня из зеркала в ванной, показалось мне чужим, постаревшим и изможденным. Особенно меня впечатлили седые волосы на висках и в бороде – еще неделю назад их не было.
