Молодой врач прибывает в посёлок Мозино, где произошла серия загадочных убийств. Главный герой пытается разузнать, что происходит, но тайна оказывается куда страшнее гипотез.
Дорогой отец!
Прошу простить за столь долгое отсутствие. Знаю, ты весь распереживался, но уверяю, что когда ты дочитаешь моё письмо, то обида и злость сами собой улетучатся. Я также прекрасно знаю, что гордость никак не позволяет тебе написать первым, но даже если бы ты и написал, то письмо я бы получить не смог, так как нахожусь я сейчас в далёком, Богом забытом Мозино, где я застрял, как ты скоро поймешь, надолго.
Послали меня сюда в середине лета. В забитом купе зной стоял в самом разгаре: пот рекой стекал с каждого из нас. Нас было шестеро, будто шпроты в консервной банке, мы сидели, потирая плечи друг друга, четверо мужчин и двое женщин. Во время поездок земским врачом, мне часто приходилось слушать странные истории, но эти люди, казалось, были созданы для историй. Никогда до того и прежде я не видел, чтобы достойно одетые мужчины и женщины так беззаботно, словно братья и сестры, общались между собой. Фамильярные разговоры и искренний, заразный смех расслабили меня и вот, я уже чувствовал себя одним из них. До приезда в Мозино оставался час, как разговор ушёл в совсем другую степь.
– Говорю вам, женщины по всему Мозино с ума посходили! Своих же младенцев в воду бросают. – волнительно произнёс мужчина с седыми усами и белым кепи. – Какая—то зараза их безумием травит.
– Тут неподалеку, в Солёвке, – вклинилась молодая женщина в ситцевом платье – трое матерей своих грудничков придушили, так еще и утверждали, что это не их дети были, а демоны.
– Вот я об этом и говорю. Может сказ? – продолжил мужчина.
Нет, женщины здоровы, тут дело в другом.
– Давно это происходит? – спросил я. Собеседники тотчас оглянулись, будто я задал некорректный вопрос.
– Уже, наверное, с год. Чересчур много случаев за это время. Есть еще одна странность – у всех матерей были оторваны соски, а вены на грудях напоминали варикозный недуг.
– Да, отвратительное зрелище. Несчастные. – добавила одна из женщин.
Мои попутчики продолжали обсуждать странное преткновение, а я уже понимал, что еду в Мозино как раз по этой причине.
– Будьте осторожны! – предупредили меня спутники, когда я прощался. – Из Мозино мало кто возвращается.
Я беспечно улыбнулся и ответил что-то банальное на манер: «Не волнуйтесь, всё будет хорошо.» Как же я ошибался, отец.
На станции, что доживала последние дни неподалеку от Мозино, меня встретили грязь и местный юродивый. Его тело двигалось молодо, но на вид безумец напоминал старика: беззубый, седой и растерянный.
– Ты че пришёл сюда? – кричал он, весь облитый грязью. – Беги отсюда, дурак. Бабка не отпустит.
– Моська, а ну отстань от нашего гостя! – выкрикнул кто—то из-за спины. – Павел Андреевич?
– Да, это я. А вы?
– Зовите меня Дмитрий. Начальство потребовало как можно скорее ехать в прямо в посёлок, вас ждут. Прошу за мной.
– Ты сгинешь тут! – кричал Моська. – Сгинешь!
Перейдя грязную станционную будку, мы сели в экипаж. Я был крайне удивлен и слегка встревожен, раз меня ждут, значит дела плохи. Кому всё-таки важно мнение какого-то земского лекаря?
Посёлок городского типа Мозино по своим габаритам был уже намного ближе к городу, чем к деревне. Окруженный лесом со всех сторон, он находился не так далеко от железной дороги, что позволяло добраться с относительным удобством. Посёлок появился не так давно и вырос благодаря двум братьям—предпринимателям, что построили сахарный завод. Решив надолго связать судьбу с этим местом, они добавили еще немного благ. В Мозино располагались отделение почты, начальная школа, небольшая больница и даже телеграф.
Мы ехали довольно долго, так как дороги были размокшими от недавнего ливня и порой приходилось выходить, чтобы помочь кляче.
Спустя час я оказался в больнице, где одна из подвальных комнат была обустроена под морг. Собственно, в саму комнату никто не заходил – в жару трупы быстро разлагались. Все ждали меня снаружи.
– Добрый день, доктор. – с нарочитой серьезностью произнес мужчина с ухоженными усами и ровной осанкой. – Михаил Георгиевич – городской голова. Нам придётся провести много времени вместе.
Поперву мне показалось, что я ему не понравился. После пары суток в поездах и недавнего копания в грязи вид у меня был ни к черту, но Михаил Георигиевич продолжал медленно и безцеремонно осматривать меня, словно девицу из кабака. Мои черные сапоги покрылись серо—коричневой коркой, на штанах всюду были капли грязи, да и легкая небритость не придавала привлекательности, но я старался держаться уверенно, хоть моя очевидная молодость подводила меня.
– У нас большие затруднения, Павел Андреевич, а так как вы единственный молодой врач из ближайшего города, то это также и ваши затруднения. Думаю, что вы вряд ли когда-то видели подобное. Надеюсь, Дмитрий ввёл вас в курс дела.
– Да, я также разузнал некоторые подробности до встречи.
– Не обольщайтесь, Павел Андреевич. Сегодня мы обнаружили кое-что еще. Проходите в морг, а как завершите – приходите в кабинет начальника больницы. Он, к слову, уже ждёт вас в морге.
– Конечно. – ответил я и уверенно направился к двери.
