– Яга! За что? Вы сами от меня чегой-то спрятались, вот я и пошутил маленько, а ты сразу колдану-колдану. Совсем юмора не понимаешь! И что это за приветствие? Нет бы сказала: привет Горын, как дела, давно не виделись, то да сё. Тебя ж год как не видно и не слышно уже. Бросила всех и сбежала неведомо куда, – выдохнули сразу три головы, выпустив облачко дыма.
Этот Горын, он же Гора, он же змей и чудище окаянное, почти плакал от расстройства. Мне аж его жалко стало, хоть и не виноватая я. Неожиданно змей посмотрел на меня, и морды его как-то хитро ухмыльнулись. Ой, что-то не нравится мне это преображение.
Одна из голов, центральная и самая главная, раз выше других сидит, произнесла:
– А давай-ка полетаем как в старые добрые времена? Тебе же это нравилось, ягуся?!
Вот змей, загнал меня в ловушку! И отказаться нельзя, и лететь боязно. А, пропади оно всё пропадом, хуже не будет: съесть он меня и так может, даже не подавится.
– А полетели, Горынушка! Косточки разомнём да потолкуем о жизни сказочной, – храбро ответила я на столь неожиданное предложение.
– Куда вы, окаянные? – верещал дед. – Ягуся, даже думать не смей – убьёшься! А ты, Горыныч, смотри мне, я перед Кощеем головой отвечаю!
Но его криков явно никто не испугался. Горыныч только посмотрел так сурово, и всё сразу стихло. А я решила рискнуть и довериться интуиции.
Горыныч опустился на одно крыло и подтолкнул меня лапой сзади. И как только не раздавил, окаянный! Я кряхтя взобралась на него, делая вид, что это не впервые. Надеюсь, он не сильно угорал над моей неуклюжестью. Ну да, не каждый же день я на змеях летаю, да даже на лошадях только один раз покататься удалось – всё закончилось печально. Я упала и сломала руку, с тех пор я к лошадям отношусь с большой опаской. А здесь целый змей. Да поможет мне сила природы!
Наконец я устроила свою филейную часть аккурат посередине хребта, оказалось довольно удобно: между гребней как раз углубление имеется.
– Ну что, к полёту готова? – пророкотал Горыныч.
– Да, – едва слышно пискнула я.
– Не слышу! – рыкнул змей ещё громче.
– Готова! – прокричала я в небо и крепко вцепилась в один из гребней.
– Тогда полетели! – гаркнул Горыныч и взмыл в небо.
Змей в ту же секунду взмыл вертикально, рассекая небеса крыльями. Сердце сразу ушло в район пяток, руки ухватились за шею чудища мёртвой хваткой. Летать на драконах, скажу я вам, оказалось не так-то уж и здорово: сидеть жёстко, всё время мотаешься в разные стороны, трясёшься от страха, боишься сорваться и полететь, как парашютист без парашюта. Ветер треплет волосы, глаза слезятся. Надеюсь, эта прогулка будет быстрой, а то так и поседеть недолго.
Неожиданно змей спикировал и камнем полетел к земле. Мне ничего не оставалось, как вцепиться в него всеми конечностями, зажмуриться и заорать во всё горло. Спустя пару минут я поняла, что мы уже никуда не двигаемся. Неужто всё, отлетались? Даже не верится.
Тут монстр подо мной как-то подозрительно затрясся, как будто землетрясение началось, и вдруг сразу три головы зашлись раскатистым смехом. Никогда бы не подумала, что змей Горыныч смеяться умеет, в сказках он по большей части всё деревни сжигал да девиц воровал.
– Ты кто, вообще, такая? Вроде яга, даже пахнешь так же, а вроде и не она. Та со мной ни в жизнь не полетела бы, одного раза хватило. Да и верещать так вряд ли бы стала, у меня аж уши заложило. А ну давай колись, чья будешь, а не то поджарю и съем или сразу съем без прожарки: я жутко голоден! – развлекался змей.
Я уже поняла, что мне конец пришёл, потому что морды хоть и ухмылялись, а змеиные глазищи смотрели холодно и зло. А ещё я поняла, что бояться мне просто надоело, всё равно съедят или ещё чего сотворят противоестественное, так чего уж тут дрожать? Скажу лучше правду, потому что врать с детства не приучена.
– Да не знаю я ничего! Кто здесь яга, а кто баба, мне неведомо. Жила себе спокойненько с братом в другом мире. Вдруг его похитили, меня сюда шантажом заманили. Теперь сижу и жду у моря погоды, когда они тут разберутся со своими проблемами. Вот как-то так. Только это не повод из меня барбекю делать, я же живой человек!
Змей пару минут смотрел на меня, прищурившись, а потом изрёк:
– Больно надо. Кожа да кости, а в словах столько злости. Невкусная сто пудов.
– Ну, раз барбекю отменяется, вези меня обратно.
– А если не повезу, что делать будешь? – подначил меня крылатый гад и с интересом уставился в ожидании ответа.
Однако…
– А ничего делать не буду! Сяду на пенёк и буду Кощея ждать. Небось, леший ему уже всё доложил о твоём самоуправстве. Что ты приказ нарушил, ценного свидетеля умыкнул. Смекаешь? Тебе, может и не страшно, я не в курсе, в каких вы с местным царём отношениях. Но, судя по его виду, он может не только шкуру спустить, но и барбекю без труда приготовить даже из такой громадины, как ты. Так что сам решай, едем или нет.
– А ты у нас самая умная, что ли? Сразу Кощеем припугнуть решила. А как же слёзы, мольбы и прочие унижения?
