На одной с людьми планете проживают миллиарды живых существ. Каждый день рядом с людьми разыгрываются истории, комедии и драмы с их участием. При этом высокомерные человеки лишь себе приписывают чувства любви, нежности, боли, скорби… Этот рассказ – фантастическая зарисовка небольшого периода жизни отца – представителя семейства пингвинов Адели.
Пэт высмотрел невдалеке ничейный треугольный кусок гранита. Углы были слишком острые, но ничего лучше на глаза не попадалось. Главное чтобы не скатился вниз. Согнувшись почти пополам, он попытался поднять камень, но тот примерз к земле. Он стукнул по нему несколько раз клювом, кося глаз на пока еще неаккуратную кучу камней в нескольких шагах от него. Остальные мужики носились и горланили вокруг, кто о рыбе, кто о футболе. Но Грэг, та еще скотина, топтался рядом. Пэт знал это и ни на секунду не оставлял будущее гнездо его первого яйца без внимания. А вот и Грэг, кстати, крадется, поглядывая на небо. Вроде как, заботясь о соседях, высматривает, нет ли поморников поблизости. Скотина, я тебя уем и сделаю гнездо лучше. Пэт не собирался облажаться, как Ант в прошлом году, когда его первое яйцо скатилось по склону и разбилось. А все из-за лени и тупости. Надо было стенку выше ставить. Поднапрячься еще немного…
Пэт оторвал, наконец, треугольный камень ото льда и поспешил с ним к своей кучке. Он начал работать над удобством, не забывая об эстетике и главное – о надежности и безопасности. В этот момент его сосед Грэг успешно таскал камни из гнезда раззявы Юпа. Тот таращился на облака и ни малька ни креветки вокруг себя не видел. Вот влетит ему от Тасы, когда она вернется с рыбалки! Увалень.
Камень никак не хотел прилаживаться. Яйцу, которая сделает сегодня его милая Тин-Тин будет удобно и безопасно. Этот камень воткнулся очень хорошо! Чутка скрепить его цементиком, вот так, и будет крепко и надежно. Вокруг валялось еще несколько круглых мелких камушков и Пэт заботливо подопнул их ластами к себе поближе. Могут пригодиться. Ведь запас карман не тянет.
От берега раздались радостные вопли и крики. Самки толпой маршировали от кромки льда к мужьям. А одинокий Берт так и стоит неподалеку. Остальные мужики стащили почти все его камни. Бедолага. Ни одна женщина не сделает ему яйцо. Такой дурак. Ант суетливо начал подражать своим соседям таская камни и кидая их в неаккуратную кучу. После прошлогоднего провала он так ничему и не научился. Пэт старательно вывел красивую и прочную стенку со стороны склона и, привставая на цыпочки, старался высмотреть свою Тин-Тин. Ну, где же она? Так классно получилось. Крепко, на века. В таком гнезде можно смело высиживать яйцо каждый год. Только смотреть, чтоб не сперли. Еще немного цемента вот сюда. Эх, похоже, это его последний цемент в этом году. Удастся ли еще разик перекусить перед высидкой?
А вот и звонкий голосок его милой Тин! Ни с кем не перепутаю. Тин-Тин осматривала гнездо придирчиво. Сравнивала с горой наворованных камней их соседа Грэга. Вон смотри, сколько натащил, говорит. А то, что он ворье, это ее не смущает. Любые способы, говорит, хороши. Тин-Тин уселась в гнездо довольная, сытая и началось ожидание. Да ничего, терпение его сильная сторона. Он вытерпит и это. Скорее бы уже яйцо! Какое оно будет? Только бы не было пятен… Но Тин такая красавица, у нее все будет просто прекрасно. Ждать. Терпения ему хватит. Ведь два сезона он ухлестывал за одной девчонкой! А мужики смеялись и крутили крылом у головы, мол, дурень. На тебя вешаются две молодые самки, а ты берешь ту, что тебя старше. А ему начхать. Он по-другому не мог. И вот – добился же.
Яйцо появилось перед рассветом. Пэт извелся весь. Даже жена Грэга уже скатилась вниз по пригорку, затолкав отцу между лап их ребенка. Ант уже пытался пристроиться среди кусков льда пополам с мелкими камешками на своем яйце. И вот наконец-то! Тин-Тин сдвинулась с гнезда, и Пэт на долю секунды увидел своими глазами блеснувший краешек гладкой стенки! Великие кашалоты, какое же оно красивое! Получив клювом от Тин-Тин по голове, он скорее взгромоздился на своего ребенка. Нельзя чтобы мороз коснулся его нежных и тонких стеночек. Так, теперь ему хорошо. Внутри у Пэта все разливалось незнакомым теплом. Оно было намного горячее того, что было от близости с Тин-Тин. Так забавно. Оказывается, любить можно еще сильнее, чем он думал раньше. Он почти пищал от счастья, но старался не опозориться перед другими мужиками и сдерживал эмоции. Засмеют. А с другой стороны, да плевать. Он счастлив! Это его яичко! Милая Тин, такого красивого малыша подарила! Бортики высокие как ни у одного гнезда. Вода на его холм не попадет, малыш останется сухим и не заболеет. Прикрытие из скалы за спиной, спасет от налета с той стороны. Он неплохо ел и нагулял жира больше чем Грэг и Ант вместе взятые. Тощие как сельди. Придурки. Вот у меня какой малыш. Сейчас я его вот так поверну ногами, чтобы ему было теплее. Пэт осмотрел небо. Летали. Конечно, летали над головой, эти сволочи. Они тоже жрать хотят. Но, не моего малыша. Только не моего!
