Вползая в бараки, Мертвая Пехота с мрачным удовлетворением отметила, что царапанье ее подошвы о кору встревожило весь лагерь. Те, кто в настоящий момент находились у нее на хорошем счету, просто занимались важными делами, в то время как остальные поспешили скрыться с глаз долой при первых намеках на ее приближение.
Заместитель и по совместительству один из любовников Мертвой Пехоты деловито полировал свой на редкость блестящий короткий меч о кусочек коры. Клинок из отлитого драконьего кристалла обычно сохранял свою остроту, пока его край не скалывался от сильного удара, но все же было не лишним поддерживать идеальное состояние оружия, монотонно потирая его о корное вещество. Мертвая Пехота прекрасно знала, что Розовый Небосвод еще ни разу не позволил своему мечу затупиться с тех самых пор, как сорвал его с трупа пехотинца, которого они убили сообща. Она подползла к Розовому Небосводу, пока их края не соприкоснулись почти на половину длины. Она наблюдала, а Розовый Небосвод тем временем продолжал полировать свой меч.
— Они выступают в полную силу, — заметила она. — Но при этом не нападают! Мне это не по душе!
— В пехотинцах тебе вообще мало что нравится, — спокойно ответил он.
— Что ж, это мне нравится еще меньше, — немного подумав, добавила Мертвая Пехота.
— Куда они направляются? — спросил Розовый Небосвод.
Мертвая Пехота сменила положение, направив часть глаз на Небосвода, в то время как остальные извивались от раздражения. — Похоже, что они движутся к восточному полюсу, — ответила она. — Но в этом нет никакого смысла. Туда попросту никто не ходит. На восточном полюсе слишком колючая кора и слишком жаркая погода.
— Насколько я вижу, они уже довольно далеко от своей базы, а окружающий их горизонт довольно ненадежен из-за гористой местности в окрестностях восточного полюса, — проницательно заметил Розовый Небосвод.
Немного подумав, Мертвая Пехота поняла, что именно имел в виду ее заместитель. Хорошо, что он был куда умнее ее, иначе бы уже стал лидером всего клана.
— Ты, как всегда, прав, — согласилась она. — Давай соберем воинов и выдвинемся на восток, к первой горной гряде; туда, где есть скала, которая отличается от остальных — и сливается с линией горизонта, пока ты не окажешься почти на самой ее вершине.
Розовый Небосвод быстро собрал сигнальную команду и начал передавать последовательные сообщения близлежащим поселениям варваров. Отправка посланий заняла немалое время, так как сигнальной команде пришлось адаптировать свои пульсации к естественным резонансным частотам самой коры.
— Почему кора так странно грохочет? — спросил один из послушников внутри кольца марширующих пехотинцев. — Это коротрясение?
— Нет, — ответил другой. — В этой части Яйца коротрясений не бывает.
Убийца Скороходов почувствовала грохот задолго до послушников. Вопреки тому, что сказал второй, коротрясения в районе восточного полюса были нередки, но этот звук был иной природы.
Звук, который они услышали, был дальним сигналом, переданным между варварскими кланами. Исходя из его сходства с другими известными ей условными знаками, это, скорее всего, был призыв к сбору. Экспедиция, настолько углубившаяся в территорию варваров, наверняка вызвала беспокойство. Так как сигнал не был локальным призывом к атаке и предназначался для передачи на дальние расстояния, ей не требовалось приводить солдат в боевую готовность; несмотря на это, она с гордостью отметила, что многие из них тоже почувствовали присутствие варваров, а драконьи клыки, до этого находившиеся в типичном для марша состоянии неразберихи, теперь сверкали двумя рядами упорядоченных, перемежавшихся друг с другом игл.
Во время очередного привала Убийца Скороходов приказала солдатам сформировать охранный периметр на время еды, и собрала в центре всех гражданских.
— Варвары устраивают сбор, чтобы решить, как с нами поступить, — сообщила она. — Будем надеяться, они поймут, что мы не собираемся тревожить их поселения, а наш отряд слишком многочисленнен, и просто оставят нас в покое. И все же, мы находимся на территории Грозы Пехотинцев, одного из немногих варварских вождей, сумевших убить больше одного пехотинца и выжить, чтобы рассказать об этом другим. В течение следующих нескольких оборотом мы будет поддерживать плотное кольцевое построение, а вам, гражданским, придется все время оставаться в центре.
Многоглазым чила с их практически идеальной симметрией было несложно двигаться в одном направлении, одновременно осматриваясь и сражаясь в другом. Несмотря на то, что у каждого чила был свой набор предпочтительных глаз, вся их дюжина действовала без нареканий, обеспечивая своим владельцам полный, пусть даже и двумерный, обзор окружающего пространства.
