Яхромский мост: Крах «Тайфуна» полностью

Очень много раненых, которые были в состоянии держать оружие в руках, вели огонь, т. е. из строя не вышли. Да и некуда было эвакуировать тяжело раненых, кругом деревни Сафонове был враг. Деревня горела сильно. Раненых переносили из горящих изб в подвалы изб, которые еще не горели.

Я часто терял сознание, а потом приходил в себя, немного передвигался и опять терял сознание…

30.11.1941 г. примерно в 18 часов прибыли наши разведчики взвода полковой разведки и принесли приказ отходить к штабу полка, а в какую деревню – не знаю. С разведчиками прибыл политрук Цукерман Лазарь Вениаминович, который и тащил меня на своей шинели по снегу волоком несколько километров. Когда я приходил в сознание, то немного шел сам с его помощью, а потом опять терял сознание…»[345].

На левом фланге группы Захарова 126-я сд сдерживала противника пытавшегося наступать на Б. Титово и попыталась вернуть Ригино но неудачно[346]. В результате к вечеру 68-й пп 23-й пд установил связь с 6-й тд в Мостках.

В тылу группы Захарова, перерезав Рогачевское шоссе, враг продолжал распространяться в восточном направлении. 23-я пд достигла одной из своих полковых групп района Векшино – Каменка – Кочергино. Это был 67-й пп, сменивший здесь 9-й, который составлял другую полковую группу. Он в свою очередь переместился в район Удино – Старо – Левково.

Несмотря на то, что немцам удалось охватить центральный участок обороны группы Захарова с двух сторон, они не расценивали этот успех как решающий, поскольку для продолжения обходов требовалось много времени, а было необходимо спешить. Поэтому генерал Э. Раус, несмотря на колебания своего начальника, командующего 41-м ак В. Моделя, принял решение «положиться на грубую силу»[347] и с утра вновь атаковать вдоль Рогачевского шоссе. Пробив нашу оборону силами 6-й тд, противник намеревался пустить вперед боевую группу ф. Витерсхайма из 1-й тд, которая уже подошла с севера и стояла «в затылок» за 6-й тд. Планируя решительные действия на следующее утро, немцы не заметили, что наши части уже начали отход.

Генерал Захаров решил отвести свои войска на юг, на позиции которые были, видимо, несколько ранее согласованы со штабом 16-й А.

При этом он, похоже, недооценивал силы врага, которые вышли ему в тыл. В приказе на отход не предусмотрены действия в случае серьезного сопротивления на рубеже Каменки. Решение было принято во второй половине дня, а поздно вечером, когда группа Захарова уже начала отступление, командующий Западный фронт отдал приказ[348] (радиограммой, которая запоздала) с требованием оставаться на месте и ждать помощи[349]. Ее должна была оказать 1-я УдА.

К сожалению, описание начала этой операции в изложении В. И. Кузнецова содержит фактические ошибки. Он пишет, что сначала 44-й сбр пришлось захватывать плацдарм на канале, оттесняя части 23-й пд, которая в действительности так никогда до этих мест не добралась. Потом среди соединений, которые двинулись на помощь группе Захарова, вдруг оказалась и 133-я сд[350], которая в эту самую группу и входила.

Современный вид водоспуска южнее Яхромы, через которой в конце ноября 1941 г. производился сброс воды из канала.

Захватывать плацдарм не требовалось, поскольку в районе Деденево за каналом уже несколько дней находились части 47-й сбр. И согласно боевому приказу № 5/о от 23.50 30 ноября она должна была всеми силами оказать содействие бригадам, которые вели наступление. Их было первоначально только две. 44-я сбр с 8-м олсб должна была наступать в направлении Ольгово и во взаимодействии с 71-й сбр к 14.00 овладеть Степаново, Жуково, Ольгово, и войти в связь с 133-й сд. От 71-й сбр с 20-м олсб требовалось наступать в направлении Ольгово, выдвинув заслон на линию Сокольникове, Андрей-ково, а остальными силами во взаимодействии с 44-й сбр в 14.00 атаковать Ольгово с юго-запада и выйти на линию Ольгово, Гончарово. 17-й олсб и пулеметный батальон под командой подполковника Крыловского должны были выйти на линию Горки, Старо, обеспечив действие ударной группы со стороны Сокольникове, Левково. Начало наступления – 8.00 1 декабря[351].