Яхромский мост: Крах «Тайфуна» полностью

Такой маневр был опасен и потому, что первая из просек вела в направлении противника, наседавшего сзади из района Ивлево. Однако роковым для многочисленной техники группы и многих ее бойцов стал первый этап этого пути. Большая часть техники не смогла преодолеть обледенелые склоны на въезде в лес и осталась на поле под Левково. Кроме того, возникли проблемы с бензином. «Десятки… автомашин, сжигая последние капли горючего, превращаются в металлолом… С каждым часом обстановка продолжает усложняться: в автомашинах 400-го артполка, тягачах, на прицепе которых орудия, – израсходовано все горючее. Командир артполка Абузин останавливает еще «дышащие» хозяйственные автомашины, сливает с баков бензин. Куда же нам без артиллерии? Это все понимают… Заправившись горючим, машины с пушками продолжают движение, расчищая путь нашей матушке пехоте»[457].

Г. С. Кац, оставивший воспоминания о начале боевого пути 133-й сд, в том числе и о событиях под Каменкой.

А, в тот момент, когда в лес начал втягиваться хвост колонны, появились и немцы. Как всегда бывало в подобных случаях, под ударом оказывались тыловые подразделения, т. е. люди, зачастую не имевшие при себе никакого оружия. Так в 133-й сд «на следующий день… узнали о трагической гибели многих из тех, кто оказался в хвосте колонны. У знаменитой Свистухи на «хвост» наскочили немецкие танки»[458].

Однако немцы тоже не могли ввести в лес технику, и далее можно было считаться только с артиллерийским обстрелом, и действиями просочившейся в лес вражеской пехоты. С ней войска Захарова вполне могли справиться. Из мемуаров командующего войсками МЗО П.А. Артемьева мы узнаем, что «в районе Свистуха – Раково – Комаровка – Каменка курсантский полк энергичной атакой прорвал кольцо окружения, разгромил штаб гитлеровского полка, уничтожил несколько пушек и пулеметов и тем самым помог выходу из окружения подразделений 16-й армии»[459].

В штабах немецких 41-го и 5-го ак наверно бы очень удивились, прочтя эти строки. Нашим частям нигде не удалось тогда пробить линию обороны противника, а уж в лес никакие штабы вражеских полков точно не совались.

Отдавая приказ на следование данным маршрутом, командование нашей опергруппы еще не знало, что вся цепь населенных пунктов от Комаровки вплоть до Старо занята немцами, и путь на юг перекрыт и здесь. Поэтому, дойдя до Горок, войскам пришлось делать поворот «кругом» и двигаться к Сокольникове, а оттуда на восток. Но этот отрезок пути уже был менее опасен.

Поэтому, когда Г. С. Кац встретил в Горках генерала Швецова, он услышал:

– «Мы в безопасности. Окружение закончилось, – радует нас генерал.

…Хорошилово. Первая ночь после окружения. Все, кто был в деревне, принялись снимать с машин раненых – замерзших, занесенных снегом – заносили в теплые дома. Не все выдержали сильные морозы. Утром многих похоронили в братских могилах»[460].

Так, несмотря на противодействие противника, ударная армия выполнила свою ближайшую задачу: «В результате наступления части армии вошли в связь с группой Захарова в районе Сокольникова»[461].

Между тем, следовавший сначала во втором эшелоне, 1-й тб 1-й тд врага вышел вперед и в 19.12 занял Горки и переправу через реку восточнее деревни. В километре юго-восточнее своих позиций он обнаружил передовое охранение 9-го пп[462]. Немецкие тиски сомкнулись, и на этом здесь все было кончено. Немцы принялись считать пленных и трофеи.