Яковлев А. Сумерки полностью

В январе 1913 года в письме к Горькому Ленин откровен­ничает: «Война Австрии с Россией была бы очень полезна для революции (во всей восточной Европе) штукой, но мало ве­роятия, чтобы Франц Иозеф и Николаша доставили нам сие удовольствие».

Советские историографы утверждали, что Ленин отражал настроения народных масс. Конечно, вступление России в войну было глупым, не лежало в русле интересов России. Но современники тех лет свидетельствуют, что патриотический подъем был очевиден во всех слоях общества. Он хорошо выражен в воззвании интеллектуальной элиты России, кото­рое подписали более 300 человек. В нем резкой критике под­верглась шовинистическая политика Германии, развязавшей войну по поводу, не соразмерному кровавой брани народов. Среди других письмо подписали Бунин, Горький, Серафи­мович, Скиталец (Петров), М. Чехов, Успенский, Струве, А. Васнецов, В. Васнецов, Коненков, Коровин, Пастернак, Шаляпин, Нежданова, Ермолова, Вахтангов, Качалов, Ста­ниславский, Вл. Немирович-Данченко, Москвин, Южин (Сумбатов), Яблочкина, Пашенная, Остужев, Садовская, Та­иров, Ипполитов-Иванов... Ленин назвал это воззвание «шо- винистско-поповским протестом против немецкого варвар­ства». Это и понятно.

В конкретных условиях того времени позиция Ленина по заключению Брестского мира была гнусным предательством. К слову сказать, большинство приближенных к Ленину были на разных этапах против заключения этого договора. Пере­числим их имена: Троцкий, Бухарин, Дзержинский, Рыков, Радек, Бубнов, Ломов, Крестинский, Преображенский, Коси­ор, Осинский, Стуков, Ногин, Спундэ, Фенигштейн, Уриц­кий, Иоффе, Пятаков, Яковлева, Рязанов, Штейнберг, Спи­ридонова, Смирнов, Бронский, Прошьян, Покровский, Тру- товский, Милютин, Теодорович, Комков и другие деятели. Против договора было большинство левых эсеров, входив­ших в состав ВЦИК.

Ленин в обход Совнаркома, но от имени Совнаркома, 21 (8) ноября посылает Главнокомандующему Духонину те­леграмму, приказывающую начать переговоры с командова­нием Австро-Германских войск. Немцы этого ждали и согла­сились на переговоры. На Запад с Востока покатили эше­лоны с немецкими войсками. Самозваное правительство Ленина предало союзников по войне. Но раскол в руководст­ве его тоже беспокоил. Поэтому 11 (24) января Ленин соби­рает расширенное заседание ЦК РСДРП (б) и выступает с те­зисами о необходимости немедленного заключения мира.

Проголосовали. И только менее четверти участников собра­ния поддержали эти тезисы, 32 человека — позицию «левых коммунистов», выступавших за продолжение войны, 16 — позицию Троцкого: ни войны, ни мира. Но Ленина ничем не прошибешь. Он собирает собрание за собранием, но успеха не добивается. Тогда снова в обход Совнаркома, и снова от имени Совнаркома посылает 19 февраля немцам радиограм­му: «...Совет народных комиссаров видит себя вынужденным подписать условия мира, предложенные в Брест-Литовске делегатами Четверного Союза».

Меня лично не удивляет, что Ленин пошел на прямое мо­шенничество. Во-первых, как я сказал выше, надо было пла­тить своим хозяевам, во-вторых, Ленин был по характеру мошенник и авантюрист. Ему ничего не стоило предать лю­бого — друга, союзника, партию, страну, лишь бы добиться своих целей, пронизанных шизофреническими идеями.

Немецкая сторона в ответ на послушание ужесточает ус­ловия. И вновь 23 февраля заседание ЦК партии. Противни­ков мирного договора не убавилось. Острота ситуации до­стигла предела, когда группа членов ЦК — Бубнов, Бухарин, Ломов, Пятаков, Яковлева и Урицкий заявили, что они, про­тестуя против заключения договора, уходят со всех ответст­венных партийных и советских постов. Тогда Ленин в 3 часа ночи 24 февраля созывает заседание ВЦИК, на котором про­таскивает резолюцию о принятии немецких кабальных усло­вий. Почему так произошло? Во-первых, кворума на этом заседании не было. Во-вторых, момент голосования был выбран таким образом, когда «левые коммунисты» — про­тивники договора заседали в другом помещении по своим де­лам. В-третьих, заседание проходило второпях, сумбурно и закончилось через полтора часа после его начала. Сама дис­куссия была смята, многие члены ВЦИК, судя по воспомина­ниям, так и не поняли, за что голосовали. Надо отдать долж­ное упорству Ленина. Но, увы, упорству в интересах Герма­нии, а не России.

А что же немцы? Они торжествовали. Приведу слова из интервью генерала Гофмана, ведшего переговоры о Брест­ском мире: