— Нет, обсуждают только в теории. Причём пока в механическом варианте, как Вэлла своей дочке рассказывала. То есть прикидывают, можно ли сделать реальный тросик и протянуть его на орбиту. Углеродные нанотрубки, к примеру… Короче, технически этот мир опережает нас на десятилетия, если не на века. И заметь, флюидом они не пользуются…
— Да, не чувствую всплесков.
Мы полетели в ту сторону, куда нас возили на «птеродактиле». Скорость у нас была в разы выше, чем у летучего ящера, так что мы за считанные минуты добрались до нужного места. Но, как я и подозревал, резиденцию архонта мы там не обнаружили.
Глинобитная крепость просто исчезла. Вместо неё мы увидели обширное ранчо — дом, хозяйственные постройки, загон для «зебр». Имелась парковочная площадка с несколькими аэрокарами.
— Ну, — сказал я, — заглянем в гости? Пообщаемся с местными, попробуем выяснить, как они дошли до жизни такой. Опасности здесь, по-моему, нет.
— Я тоже не ощущаю угрозы. Но что мы скажем хозяевам? Объясним им, откуда мы прилетели и кто мы вообще такие?
— По ситуации. Сначала прозондируем почву.
— Если придётся что-то выдумывать, то я растеряюсь.
— Просто кивай и улыбайся загадочно.
Приземлившись, мы выбрались из машины и направились к дому. Тот выглядел как экологичная вилла из моего мира — широкая покатая крыша с солнечными панелями, просторная веранда, большие окна. К стене крепилась спутниковая тарелка.
Мы подошли к двери, и я постучал.
Открыл нам крепкий серьёзный дед. В моём представлении примерно так и должен был выглядеть ковбой-фермер.
— Заходите, — сказал он, не задавая вопросов. — Пекло на улице, без дождя уже три недели. Служба погоды мышей не ловит.
Он провёл нас в гостиную. Кондиционер наполнял её приятной прохладой, а интерьер был подчёркнуто лаконичен — несколько кресел, низенький столик со стаканами и графином, плоский телеэкран в полстены.
— Я по такой жарище стараюсь не выходить, — говорил хозяин, наливая нам лимонаду. — Возраст уже не тот. Ну, пусть внуки поработают, им полезно — мозги прочистят слегка, а то на уме сплошные гулянки и Десятая звёздная. Хотя кому я рассказываю? Вы сами такие.
Я возразил:
— О гулянках думаю только я. А моя подруга — рассудительная и строгая, все мысли у неё о мировых проблемах.
— Оно и видно. — Хозяин хмыкнул. — Студенты? Дурью маетесь на каникулах помаленьку?
— Примерно так.
— А машину-то где такую достали? Лет пятьдесят назад выпускалось что-то подобное. Но у вас, по-моему, не реплика, а какая-то отсебятина.
— Да, вольная фантазия.
Перекидываясь фразами с дедом, я разглядывал стереофотографии на стене. Их было предостаточно — свою хронику здесь фиксировала семья из нескольких поколений. Часто на снимках виднелся дом, в котором мы сейчас находились. На его фоне позировали дети и взрослые.
Но моё внимание привлёк кадр, который запечатлел человека в пневмокостюме, стоящего на каменистой пустоши под сиреневым тёмным небом, явно не на Земле. За спиной у космолётчика висела звезда, багровая с охристым отливом.
— Не узнаю пейзаж, — сказал я. — Сначала показалось, что Марс, но нет…
— Сто световых от Земли, — ответил старик. — Красный карлик в Золотой Рыбе, тамошняя планета.
Вряд ли созвездия в этом мире обозначались так же, как и в моём, но «синхронист» опять не подвёл. Перевод я получил адаптированный, понятный — и сразу сообразил, о какой звезде идёт речь. Ну да, экзопланеты там есть, в том числе в зоне обитаемости, наши телескопы их тоже засекли…
То есть здесь уже практикуют межзвёздные перелёты?
Блин, да ну ладно…
Это известие, сообщённое нам будничным тоном, так меня огорошило, что я на несколько секунд выпал из разговора. Пришлось подключаться Хильде.
— А кто на фото? — поинтересовалась она.
— Мой старший, был в Пятой звёздной. Прошёл отбор и от гордости чуть не лопался. Вы в те годы ещё в садик ходили.
— И что он рассказывал? — опомнился я. — Какие у него были впечатления?
— Да как и у всех, — пожал плечами хозяин дома. — Восторг пополам с разочарованием. Планета землеподобная, плотная атмосфера. Бактерии там нашли, какие-то лишайники даже. Жизнь, одним словом. Вроде сенсация, но надеялись-то на большее — чтобы можно было дышать, а то и с какими-нибудь зелёными человечками познакомиться. Не сложилось.
— Очень интересная тема, — подбодрил его я. — А сколько всего было экспедиций на вашей памяти? Ну, межзвёздных?
— Застал все десять. Когда уходила первая, был юнцом чуть постарше вас, но помню прекрасно. Ажиотаж стоял выше крыши. Сначала несколько лет звезду выбирали. Штрихпунктир уже позволял парсеков на двадцать прыгнуть, так что вариантов хватало. Шерстили жёлтые карлики и оранжевые до кучи, чтобы на Солнце были похожи. Каждый сопливый школьник названиями шпарил — Сигма Дракона, Дзета Тукана, Бета Волоса Вероники, сорок седьмая Большой Медведицы…
— Ну-ну, и что дальше?
— Ты с таким любопытством спрашиваешь, — усмехнулся старик, — как будто учебники не читал. На уроках дрых?
— Учебники — одно дело, а живые эмоции очевидца — совсем другое.
