Шиммерийцы приблизились настолько, что можно было видеть людей на палубах. Южные лучники сгрудились на носах, готовые стрелять сразу, как только позволит дистанция. Даже Магда знала, что это — трусливая дурость. Слабые носовые залпы врага можно вытерпеть без ответа, закрыться щитами, потерять несколько солдат. А самим ударить, когда корабли сойдутся борт к борту. Путевские суда выше шиммерийских, вся палуба врага — как на ладони!
— Стройся! — наконец, приказал капитан.
Гремя кольчугами, воины вытянулись вдоль бортов. Обнажили мечи и топоры, приготовили багры и абордажные крючья. Лучники заняли каждую возвышенность, какая только имелась на судне: надстройки, бочки, бухты канатов. Самые ловкие полезли на реи. «Гордость Грейса» ощетинилась оружием, как громадный морской еж.
Шиммерийцы тоже готовились к бою, и способ, каким они это делали, вызывал в уме слово «показуха». Южане становились идеально ровными шеренгами, нелепыми на палубе судна. Поднимали пестрые вымпела подразделений, как на параде. Блистали зеркальными щитами и шлемами, плескались по ветру золотыми плащами. Плащи — серьезно? Это при угрозе пожара на палубе?..
Однако за показушностью шиммерийцев виделось нечто грозное. Идеальный порядок шеренг и мундиров означал идеальную дисциплину. Это наемный полк, но его солдаты — отнюдь не тот сброд, какой обычно понимается под словом «наемники». Это вышколенные, натренированные воины, послушные приказам офицеров. Такие не дрогнут при первой опасности.
— Капитан, мы их точно победим?
Кортни Бенефит указал на желтый вымпел, что по-прежнему полоскался над львиным знаменем шиммерийцев:
— Южане набивают себе цену. Все еще надеются на переговоры.
Родриго выполнил заказ, — подумала Магда. Оказывается, и шиммерийцы могут приносить пользу.
Она приказала:
— Поднять желтый флаг.
* * *
Деньги решают все вопросы. Так говорил отец. До недавнего прошлого Магда не имела причин сомневаться. Все нужное можно купить, всякая вещь и каждый человек имеет свою цену. Возможна лишь одна причина для несчастий: не хватило денег.
— Полковник, я прибыла в королевство Шиммери, чтобы кое-что купить. Члены Совета Пяти отказали мне, и я осталась при деньгах, и по-прежнему хочу приобрести товар. Продайте мне его.
Мужчину звали Хорей. Он был из наемников — презираемого на Севере сословия. Он позволил путевцам поймать его флот в ловушку; начнись бой — он будет в уязвимом положении. Хорей бы должен был лебезить и заискивать перед Магдой, однако держался со спокойным достоинством. Полковник сделал паузу перед ответом, будто именно он решал, как долго длиться разговору.
— Миледи, вы намерены приобрести мой груз или моих солдат?
— И то, и другое, полковник. Причем по сниженной цене, учитывая все обстоятельства.
Она красноречиво глянула на шеренги путевских рыцарей. Южанин не повторил ее взгляда.
— Любопытно, миледи, какую оплату вы готовы предложить?
— Как на счет ваших чертовых жизней? — подал голос барон Деррил. Леди Магда жестом прервала его.
— Полковник, назовите вашу цену. Сколько вы получали у принца Гектора?
И снова пауза. Седой полковник глядел на море мимо плеча Магды, его белый плащ трепался на ветру. Она думала: ты же наемник, наглая задница! Ты должен хотеть денег, ты живешь ради них! Какого черта нос воротишь?
Наконец он заговорил:
— Миледи, мы держали совет. Офицеры Солнечного полка разделились на три группы. Не скрою, одни хотят ваших денег. Другие осторожничают, боясь гнева принца Гектора. Третьи замечают, что наибольшую опасность представляет не принц, а вы, потому хотят сейчас принять ваше предложение, а при удобном случае ударить вам в спину.
Хорей умолк, будто ожидая реакции. Какой, тьма сожри? Повысить цену? Но она еще не названа!
— Хотите сказать, полковник, что решающее слово за вами?
— Так и должно быть. С недавних пор я — командир Солнечного полка.
— И к какому варианту склоняетесь вы?
— Догадываюсь, миледи, что именно вашими стараниями я, наконец, обрел заслуженное место. Я благодарен вам. Но благодарность — не то чувство, на которое можно полагаться при важном решении.
Его мундир сиял ослепительной белизной, шпага и кинжал сверкали огоньками очей, в его висках серебрилась благородная проседь. Очень, очень хотелось обозвать его сраной задницей, а потом скомандовать атаку. Посмотреть, как рыцари Деррила вытрясут дерьмо из этого Хорея и его солдат-красавчиков… Но нельзя, тьма сожри. Ей нужны два полных полка, а не те ошметки, что останутся после взаимной бойни.
Магда вспомнила северянина, отнявшего половину ее земель. Отец говорил: чертовы кайры, сожри их Темный Идо! Но правда не в кайрах. Два крупнейших города — Лабелин и Дойл — северянин взял словами. Не деньги, не мечи — просто слова, подкрепленные парой капель крови. Как он это сделал?
